Книга Князь 2. 18+, страница 138 – Гарри Фокс

Она не договорила, потому что я обнял её.

Лира буквально повисла на мне, зарылась носом в шею и замерла. Её пушистые уши щекотали мне подбородок. Хвост обвился вокруг моей ноги, как верный пёс, который наконец дождался хозяина.

— Пахнешь потом, — пробурчала она мне в плечо. — И… какими-то бабами!

Я рассмеялся и, гладя её по голове (ушки дрогнули и прижались к голове от удовольствия), начал рассказывать. Про Томи в крапиве. Про ящики с вибраторами. Про двух ненормальных баб, которые напросились в попутчицы, причём одна из них постоянно трясла грудью и клялась мне в вечной любви, а вторая бормотала про пиявок.

Лира слушала, не отпуская меня, и чем дальше, тем шире становились её глаза. К концу рассказа она уже не знала, смеяться ей или плакать.

— Ты хочешь сказать, — переспросила она медленно, и в голосе её зазвенели ревнивые нотки, — что эта… сисястая… — Она выделила это слово с особым смаком. — Которая клялась тебе в вечной любви, строила глазки и вешалась на шею… у неё грудь вот такая? — Лира развела руками, показывая нечто необъятное.

— Примерно, — осторожно подтвердил я, чувствуя подвох.

— И она весь день трясла этим… этим богатством у тебя перед носом?

— Ну… технически да.

Лира замерла. Её взгляд медленно опустился на собственную грудь. Второй размер. Скромный, аккуратный, идеально ложащийся в ладонь. Она смотрела на неё с такой грустью, будто хоронила любимого родственника.

— Понятно, — выдохнула она. — Значит, пока я тут переживала, нервничала, хвост чуть не оторвала… ты там с двумя арбузами развлекался.

— Лира…

— Нет-нет, я всё понимаю. — Она театрально вздохнула. — Природа, эволюция, мужские инстинкты. Конечно, кому нужен мой скромный второй размер, когда есть такие… стратегические запасы.

Я не выдержал. Улыбнулся, притянул её к себе и прошептал прямо в ухо, щекоча дыханием пушистый краешек:

— Знаешь, что я думаю о твоём втором размере?

— Что? — Она замерла, но ушки предательски дрогнули.

— Что он идеально помещается в мои ладони. — Я для наглядности положил руки ей на грудь. — Что он не закрывает обзор, когда я смотрю в твои глаза. И что когда я буду делать с тобой всякие неприличные вещи, мне не придётся отодвигать в сторону половину туловища.

Лира фыркнула, пытаясь сохранить серьёзность, но щёки уже предательски порозовели.

— Пошляк.

— Зато честный. — Я чмокнул её в кончик уха. — И потом, эти двое… — я отстранился и посмотрел ей в глаза, — они просто случайные попутчицы. А ты — моя. И я скучал. Очень.

Лира вздохнула, уткнулась носом мне в шею и пробурчала:

— Ладно. Так и быть. Живи пока. Но если я ещё раз услышу про «сисястую» — пеняй на себя.

— Договорились. — Я погладил её по голове, и ушки довольно прижались. — Клянусь, больше ни слова про чужие арбузы. Только про твои… мандаринки.

— Мандаринки⁈ — Она возмущённо дёрнулась, но в голосе уже звенел смех. — Я тебе сейчас покажу мандаринки! Князь называется… пошляк неприличный…

— Зато твой, — улыбнулся я.

И на этот раз она не стала спорить. Только прижалась крепче и затихла, счастливая и успокоенная.

Лира посмотрела на меня уже серьёзно, и в её глазах было столько тепла, что я забыл, где мы находимся.

— Я скучала, — сказала она просто. — Очень.

Я притянул её к себе и поцеловал. Долго, со вкусом, с облегчением. Она ответила, и на секунду весь этот вонючий город перестал существовать.