Книга Фиктивная жена для бандита, страница 39 – Ася Любич

— Надеюсь это слезы счастья? — интересуется Кулагин, подписывая документы в ЗАГСе.

— Конечно, — сажусь на его место, дрожащей рукой поставив закорючку так же пофигистически, как делала себе прическу прямо в машине. — Ведь о таком мужчине мечтает каждая, да?

Поднимаю глаза на регистратора, а она мне улыбается. От ее улыбки еще хуже. Не замечаю ни красивого интерьера, ни цветов, что мне впихнули.

— Какая вы красивая пара. Загляденье.

Наверное, и правда думает, что мы тут по своей воле. Что мне хочется связать жизнь с убийцей, а Давиду с девушкой, которая его ненавидит.

— Объявляю вас мужем и женой, можете поцеловать невесту.

Я хочу быстро чмокнуть Давида, сама тянусь за этим холодным касанием губ, но Давид сдавливает мою талию, не давая отстранится. Давит на губы, вынуждая из раскрыться, отдаваться во власть. Принять язык, которым он толкается, гладит, заставляя дрожать от ненависти к самой себе за то возбуждение, которым окутывает тело словно отравленным газом. Задыхаюсь. Дрожу. Но выдерживаю напор, почти не шатаясь, когда он меня отпускает.

— Ну как же страсть, — выдыхает регистратор, а мне хочется ударить ее. Рассказать ей каким человеком она на самом деле восхищается. — Поздравляю вас!

— Пошли…

— Скажи спасибо, — не двигаюсь с места. — А то подумает еще, что ты недоволен собственным выбором.

Давил окидывает меня насмешливым взглядом.

— А я все думал, когда ты появишься, училка, — усмехается он и поворачивается с улыбкой к женщине в кудряшках и красном брючном костюме. — Большое спасибо, милая девушка.

Она разве что не растаяла от удовольствия, а мы наконец покидываем это душное помещение. Рядом нас ждет два автомобиля. Давид толкает меня к серому, хотя приехали мы на черном.

— У меня есть для тебя свадебный подарок, дорогая женушка.

Петля и мыло?

— Не могу даже предположить? Наручники или ошейник. А может пробка в задницу с бриллиантом?

Давил скалится, отчего мне хочется только сильнее его ударить. Так сильно, что я вцепляюсь в подол своего платья, смотрю на него со всей возможной ненавистью. Надо, конечно, делать вид, что я влюблена, но мне очень сложно. Не получается сделать взгляд влюбленным, а на лицо приклеить улыбку. Да, и наверное, после всего, что он со мной сделал — это будет фальшь, в которую Кулагин не поверит.

Кулагин… Теперь и я ношу его фамилию. И от этого в душе больно, словно надела на себя тугой ошейник из колючей проволки.

— Мне нравится ход твоих мыслей, но такие подарки я буду дарить по ночам, а сейчас… — он открывает двери машины. Я заглядываю и ахаю, заметив Данилу. Он тут же тянется ко мне, обнимая так крепко, что у меня хрустят кости. Хрустят нервы. И снова слезы на глазах.

— Что ты… Что ты тут делаешь? Ты же должен был уехать… На том автобусе.

— Он сказал, что я могу тебе помочь, я согласился.

Я бросаю ненависти взгляд на Давида, а он уже отворачивается и разговаривает с кем — то по телефону.

— Ты как? — осматриваю брата. — Он тебе ничего не сделал?

— Ты за кого меня принимаешь?

— Я не с тобой разговариваю! Данил…

— Все нормально, только есть хочется.

— Ах да, праздничный семейный ужин. Но сначала поедем оформим документы.

— На опекунство? — не верю я своим ушам. Давил спокойно кивает.

— Садитесь в машину. Я заебался сегодня туда-сюда мотаться. Хочу знаешь ли массаж от своей послушной женушки.