Книга Одержимость Тиграна. Невеста брата, страница 5 – Ася Любич

Меня охватывает леденящий ужас. Всё внутри сжимается в тугой комок паники. Я вырываюсь, кричу, пытаюсь ударить его, но это всё равно что бить кулаком бетонную стену. В следующий миг земля уходит из-под ног, и я с глухим стуком падаю на кровать.

— Ты либо идёшь своими ногами, со своими вещами, либо голая и выебанная, — голос Тиграна спокоен. Ужасающе спокоен.

— Ты чудовище, — шепчу, стараясь держать голос ровным, но он всё равно дрожит.

Он лишь криво усмехается, слегка склонив голову.

— Весьма милосердное, раз даю тебе выбор.

— Это не выбор! — злюсь я, чувствуя, как к страху примешивается отчаяние.

Он не спорит. Только оглядывается через плечо и громко спрашивает:

— Пацаны, кто хочет отведать белого мяса?

Смех. Широкие, хищные улыбки. Они даже не скрывают удовольствия. Глаза горят алчным огнём, как у зверей, которым только что спустили поводки.

Я качаю головой, забиваюсь в угол кровати, всем телом жмусь к стене, словно могу раствориться в ней, исчезнуть, стать невидимой.

— Я сама, — хриплю. — Я оденусь сама. Может, вы выйдете?

Мне даже не нужно смотреть, чтобы почувствовать, как Тигран лениво машет рукой, выгоняя своих людей. Дверь закрывается с глухим щелчком, оставляя нас вдвоём в комнате, где кажется, что стены начали сдвигаться, душат меня.

Я хватаю сумку, но пальцы дрожат так сильно, что молния не поддаётся. Я чувствую себя куклой, которой вдруг отказали суставы.

А потом…

На задницу ложится тяжёлая рука.

Тепло прожигает одежду, кожу, кости.

Я вздрагиваю, цепенею.

— Что вы…

— Снимай шмотки, — лениво тянет он. — Хочу посмотреть, за что отдал десять лямов.

* * *

Встречайте горячего восточного мужчину! Жду ваших комментариев, и поддержки! В следжующей главе покажу как вижу Тиграна)

От того, чтобы показать мне своё белое стройное тело с упругой грудью, Ермолину спасает только звонок моего телефона. В комнате стоит приглушённый свет, лениво скользящий по её тонким ключицам и длинным волосам, разметавшимся по плечам. Прежде чем взять трубку, хватаю её за волосы, тёплые и скользкие, словно шёлк, и шепчу, чувствуя, как напрягается её спина:

— Повезло тебе, пока что. Собирайся. Теперь ты будешь под моим контролем круглосуточно. И поживее. И так на тебя потратил кучу времени.

Она застывает на мгновение, как подстреленная лань, но затем резко отворачивается, стиснув зубы, и начинает собирать сумку. Шуршат книги, одежда мнутся под её дрожащими пальцами. Я ухожу к окну, поднимаю телефон к уху и перехожу на даргинский, взглядом следя за каждым её движением. Понятно, что она хочет сбежать, но я ей не позволю.

— Тигран, ты где? — голос отца звучит ровно, но в нём есть лёгкое напряжение.

— Занят. В чём дело?

— Товар привезли. С документами проблема.

— Сейчас приеду, разберусь. Менты там?

— Приехал какой-то следователь. Не наш.

Я прищуриваюсь, наблюдая, как Ермолина ловко застёгивает молнию на третьей уже сумке, чуть наклонившись. Теперь ее короткие шорты до предела натянуты на упругой заднице, застревая между ягодицами, обрисовывая все самое сладенькое.

Терпение на исходе. Руки чешутся подмять её прямо здесь, показать, что судьба её уже предрешена.

— Не волнуйся только. Я всё решу.

— Знаю, Тигран. Ты образец мужчины. Вся диаспора на тебя равняется. Осталось только детей достойных воспитать. Ждём вас с Наирой и детьми сегодня.