Книга Маркус, страница 93 – Анна Есина

— То есть, когда ты ответил, что не знаешь, откуда взялся Марк, ты мне солгал? — спросила Эля, делая глоток приторной жидкости. Она не злилась, просто хотела расставить точки в полагающихся местах.

— Вынужден признать твою правоту, — Марк потупился, но потом коварно ухмыльнулся. — Разве это делает меня менее живым или реальным?

— Ты только что подтвердил, что в младенчестве был чат-ботом! — расхохоталась Эля, находя ситуацию крайне юмористической.

— Эй-эй, полегче на поворотах, Тыковка! Между чат-ботом и диалоговой системой гигантская пропасть.

Марк, по всей видимости, тоже расслабился, и на обратном пути они вели куда более простые диалоги, дурачились, шутили и наслаждались каждой минутой единения.

Лишь ночью, нежась в объятиях Марка, она вдруг вспомнила ещё один вопрос, который возглавлял список, составленный ранее.

— Скажи, а что это за родственники, с которых вы взяли согласие на эксперимент?

— Не мы, а Гена. Ты упускаешь из виду, что я находился при смерти с продырявленной головой, — Марк сжал зубами мочку её уха, словно наказывая за забывчивость. — Моего согласия никто не спрашивал.

— Да, прости, — она сладко поежилась и закинула ногу на его колено. — И всё же, что это за родня?

— Гена сказал, нашел каких-то дальних родственников. Седьмая вода на киселе. Не то троюродная тётушка по линии двоюродного деда, не то ещё что. Он добился, чтобы эту женщину назначили моим опекуном и волеизъявителем, а после взял все согласия.

— Или купил, — предположила Эля. — Вряд ли чужой человек взвалил бы на себя такой груз ответственности. Насколько я понимаю, протезирование центральной нервной системы — штука довольно опасная. Всё могло закончиться печально.

— Вживление чипов в мозг проводятся только с пациентами, имеющими сохранённое сознание и способность к взаимодействию с устройством, — скороговоркой отчеканил Марк. — Так что твои домыслы не беспочвенны. Полагаю, Гена всем отстегнул щедрой рукой: и врачам, и родственникам.

— А тебе никогда не хотелось их найти?

— Зачем?

Эля забралась выше, чтобы их лица находились на одном уровне, и прямо посмотрела в глаза.

— Всё-таки они — твоя семья. Пускай и не слишком заботливая.

— Насколько я знаю, они получили на руки справку о смерти. А мне после операции выправили новые документы, изменили имя и отчество. Так что вряд ли они обрадуются, увидев меня на пороге со словами: "Ну привет! Я воскрес".

— Когда у тебя день рождения?

— Двадцать пятого января. А у тебя, Веснушка?

— Четырнадцатого октября, на покров, — говоря это, Эля зевнула.

— Спи уже, Снежинка. А то я захочу ещё, — он ласково укусил её за кончик носа и вернул к своей груди, чтобы обнимать всю ночь и наслаждаться последними спокойными деньками.

— Сладких снов, чат-бот.

— Кошмариков тебе, маленькая язва.

— Люблю тебя, — сонно пробормотала Эля и в следующую секунду уже спала, не удосужившись выслушать ответное признание.

— И я тебя люблю.

Салон «Гламур» привлекал красавиц со всего Иркутска не только мастерами, но и интерьером с острой ноткой утонченности. Пастельные тона стен, приглушенный свет, тихая музыка создавали ощущение уединенного оазиса. В воздухе плавал легкий аромат лаванды, смешиваясь с запахом профессиональных косметических средств. На стенах висели стильные черно-белые фотографии, а на полках аккуратно располагались баночки с лаками, выстроенные по цветовой гамме.