Книга Мои две половинки 2, страница 78 – Анна Есина

— Так, хорош метафорить, — вмешался Илья. — Вы уже изгадили мой сценарий, так давайте хоть над возбуждением поработаем, а то оба кончили по разу и довольные. А Илюшенька собственными силами со стояком справится, да?

Я мигом переключилась на нужды страждущих, забралась на него сверху и промурлыкала, склонившись к лицу:

— И вовсе незачем бухтеть. Ты как хочешь, Илюшенька?

— А ты развернись спиной, я покажу, — сказал с хитрой ухмылкой.

Развернулась. Он потащил меня вверх к своему лицу. Рукой взялась за вздыбленный орган и с удовольствием облизала. Ромка ползал по кровати в поисках лучшего кадра. То мой увлечённый рот снимал, то языковые навыки брата. Видеозапись меня смущала и вместе с тем подстёгивала стремление сделать всё идеально, потому старалась вдвойне.

Ромка решил подсобить моему актёрству, схватил за волосы и заставлял заглатывать глубже и держаться дольше.

Мы закончили почти одновременно. Илья резко подался бёдрами вверх и тут же проник в меня пальцами, водил ими неглубоко, но быстро, и вжимался в заднюю стеночку. Каждое движение подталкивало к краю пропасти, пока я кубарем не покатилась к подножию.

Все разбрелись по своим уголкам. Ромка отложил камеру на пол, развалился рядом с изголовьем и повернул довольную моську ко мне.

— Больше никаких порнофильмов, — предупредила вслух, а то мало ли.

— Да мы догадывались, что тебя одним сексом не сманить, — согласился Рома, — но попробовать стоило. Минет был шикарным, пухляш.

— Я всё-таки голосую за попытку номер два, — подал голос Илья. — После родов, когда ты восстановишься. Хочу чуточку принуждения и снять всё это на камеру.

Подползла к тёмненькому и пообещала, заглядывая в глаза:

— Буде тебе подарок на день рождения.

— А мне? — тут же активизировался мой любимый муж.

— Тебе тоже капельку вседозволенности?

— Ага, хочу отснять твою попку во всех ракурсах.

— По рукам, — точнее, по губам.

По очереди поцеловала обоих, покосилась на мокрый край покрывала и вздохнула. До чего наглые у меня мужики, верёвки же из меня вьют! А всё равно они самые лучшие и любимые.

Привычно проснулась в половине шестого утра. Илья сопел на правое ухо, Ромка обнимал руками слева. Выпуталась из цепкого капкана и забралась сверху на тёмненького. Он заворочался, попытался завалить меня на бок и продолжить пускать слюни в подушку.

— Илюш, тебе пора, — проворчала, не открывая глаз.

Промычал что-то неразборчиво.

— Топай в свою спальню, — повторила настойчиво. — Элька скоро проснётся и примчит... — широко зевнула, — к нам.

— Согласен, м-м, только с, м-м, тобой. Запрём дверь, я тебя хорошенько пижамкаю, к семи отпущу, — медленно проговорил он, лениво водя руками по обнажённой коже. — Или нет.

Некоторая часть его тела проснулась гораздо раньше мозга, и мне в живот упёрлось такое крепкое обещание греховных радостей, что отказаться от предложения воспользоваться моментом было попросту глупо. Я привстала, Илья пристроился ко входу, слепо отыскал мой рот, и мы синхронно выдохнули. Он неспешно подавался вверх, я раскачивалась вперёд-назад, и было так чертовски приятно.

Илья наконец соизволил проснуться, обхватил меня за спину и с ворчанием повалил на матрас, чтобы очутиться сверху. Ленивые скольжения сменились грубыми толчками. Он закинул мою ногу себе на пояс и вбивался на всю длину, придерживая за горло.