Книга Формула влечения, страница 64 – Ольга Вечная

Ее эмоции бьют фонтаном, искры радости долетают даже до меня, и на мгновение кажется, что получить новую машину — истинное счастье.

— Большое спасибо! Данияр не сказал мне, что номинирован, представляете? Я бы надела что-то более запоминающееся! — Карина неловко смеется, поправляет зеленое платье, и все смеются вместе с ней, потому что она и правда одета более чем скромно, но менее привлекательной от этого не становится. — К тому, какой он, просто невозможно привыкнуть! Буквально вчера этот человек чистил дорожки у нашего дома, а сегодня ему вручают награду «Важнейшее достижение года»! Данияр, ты необыкновенный!

— Большое спасибо. Я очень ценю ваше внимание, — коротко киваю, стараясь снизить градус оваций.

Но Карина намек не улавливает. Она говорит еще и еще, в общих чертах и не особо по сути, потому что понятия не имеет, за что нас, собственно, награждают, но отдать ей должное — лавирует ловко. Поначалу я не понимал, почему она не может найти несколько часов и ознакомиться с моими работами, но теперь признаю — можно и так.

Друзья, перед нами достойный образец кафедры биоинформатики — из любых, самых сомнительных исходных данных может сляпать статейку или речь.

Бессмысленная и неотвратимая потеря времени.

Ведущий дает знак, что пора бы нашей, безусловно, яркой паре уже покинуть сцену, но мне помнится, что Карина чуть раньше упоминала, что была бы счастлива выразить свое мнение. Так что я делаю вид, что не замечаю подмигиваний.

Складываю руки за спиной и чуть склоняю голову.

У молодой девушки простые и понятные цели, она еще «не наелась». И я этим, к сожалению, охотно пользуюсь. Этические комитеты завелись не от того, что в бюджете скопились излишки денег. В нашем деле важно помнить (а иногда позволять себе напоминать), что человек — не лабораторная мышь, у которой нет ни души ни личности.

При этом наука устроена таким образом, что разговор идет буквально о выживании. Можно пересчитать по пальцам тех, кто в моем окружении все еще не на антидепрессантах или хотя бы не топит себя в алкоголе.

Случайно ловлю взгляд Лапина, и медленно ему киваю. Отворачивается, явно не расположен к разговору. Обиделся, что не позвал на свадьбу?

Идет последний год, как он может претендовать на программу для молодых ученых. Далее останутся лишь общие программы, где месиво из претендентов. Более того, я догадываюсь, с чьей подачи в условиях заявки появился пункт «семейные». Ваня в этом, кстати, даже не сомневается. Среди возможных претендентов Лапин единственный женился на коллеге. Представляю, в каком он сейчас состоянии.

— Ты знал? Знал, правда? — обескураженно повторяет Карина, когда мы спускаемся со сцены. Овации, вспышки камер, красивая речь ведущего — все вместе произвели впечатление. На девушке практически нет бриллиантов, но она буквально сверкает.

— Я просто не понимаю, почему ты не прыгаешь от радости!

Делаю пару прыжков на месте, она куксится. Кто-то рядом громко чихает, и я, взяв жену под локоть, увожу подальше. В сторону скромной шведской линии и ряда столиков.

— Это все глупо, — объясняю вполголоса. — Большая часть этих людей приехали за халявной едой и алкоголем.

Она как раз тянулась к контейнеру с салатом и после моих слов замерла.

— В смысле, я не видел здесь никого, кто был бы заинтересован моими исследованиями. Да и приз нам дали лишь потому, что мои соцсети распиарят этот момент лучше других. — Ставлю контейнер перед ней, беру вилку, медлю. — Я бы здесь, кстати, не ел, столько народу... Да и я недавно женился, красивый подарок на свадьбу, который к тому же окупится. Правда, я был уверен, что приз вручат Лапину, у него вот-вот родится ребенок. Считай, что ты победила младенца.