Книга Формула влечения, страница 139 – Ольга Вечная

Сердце колотится, и на этот раз волнение ощущается приятным покалыванием пальцев. У нас отличная презентация. Я распрямляю плечи и улыбаюсь.

— Добрый день, — произносит Данияр. — Меня зовут Данияр Аминов, мы с женой, Аминовой Кариной, хотим представить свою идею и рассказать, почему она заслуживает внимания.

— Здравствуйте, — произношу я. И начинаю говорить.

* * *

Антибиотикорезистентность является глобальной проблемой уже сейчас. До изобретения антибиотиков даже простейший насморк или царапина могли с легкостью оборвать чью-то жизнь, не говоря уж о чем-то более опасном.

Не нужно быть биологом, чтобы понять — жизнь была не сахар.

Сейчас даже говорить о таком не хочется — о-о-о-очень далекое прошлое, но увы, мы рискуем вновь туда вернуться, когда антибиотики перестанут работать. К счастью, наука не стоит на месте. И прямо сейчас сотни ученых тратят жизни на поиски новых щитов для человека. Сталкиваются с неудачами, но и совершают головокружительные открытия.

Я уже несколько раз беззвучно сообщила Данияру, что ненавижу его, в каждый из которых он делал вид, что не понимает.

— Ты прекрасно понимаешь!

— О чем речь? — С террасы возвращается его бабушка, и я неожиданно для себя самой прихожу в полное замешательство и не могу выдавить ни звука. Потому что ожидания, мягко говоря, не оправдались.

— Карина стесняется, — поясняет Данияр с мягкой улыбкой. — И нервничает.

— Возможно, не только Карина, — бормочу, отлично ощущая, как краска заливает лицо.

— Возможно.

Бабушка тем временем сжимает ладони, будто тоже растерялась, и я окончательно пугаюсь и начинаю тараторить:

— Зульфия апа, столько времени не получалось познакомиться лично, и я, кажется, себя слишком накрутила.

— Ой, девочка моя! Я же просила — бабушка Зуля.

— Но у меня не получается, — бормочу, разводя руками.

А у кого бы получилось? Его бабушка, оказывается, до сих пор заведует кафедрой химии в университете, а также активно преподает. Она обладает тонкой фигурой и прекрасным вкусом. Ее брендовая сумка и шоколадный тренч буквально свели меня с ума! Какая уж тут бабушка Зуля, как она мне представилась.

— Дай ей время, — Данияр начинает разминать мои плечи. — Какую комнату мы можем занять?

— Какая нравится, — отмахивается. — Только пусть Ильдар сначала убедится, что мангальная зона в порядке. Мы часто снимаем летние домики у этой фирмы, но в прошлый раз у них не работала летняя кухня. Всегда нужно проверять.

Она вдруг улыбается, подходит ближе и сжимает мои ладони.

— Руки холодные, — констатирует. — Надо кормить тебя нормально. — Поднимает глаза на Дана. — Поможешь Ильдару разобраться с кухней? Он с возрастом совсем медленный стал.

— Конечно. — Дан спохватывается и, бросив на меня подбадривающий взгляд, направляется на улицу.

Как-то уж очень быстро — слишком быстро — мы остаемся с его бабушкой наедине.

— Я вас слушаю.

Слегка, честно говоря, потряхивает. Видимо, я не отошла от плотных на события последних дней. От изматывающей презентации, воссоединения семьи (плюс минус воссоединения, если говорить честно), и все еще не могу успокоиться. К тому же Данияр особо ничего не рассказывал.

Знаю только, что его мать занимается важными проектами, мотается по свету. С отцом он давно потерял связь, единственное, что их объединяло, это футбол, и когда Данияр признался, что не любит спорт, темы для разговора закончились. Они даже не ссорились, просто постепенно перестали созваниваться.