Книга Отец моего бывшего парня. Наследник Империи, страница 51 – Даша Литовская

— Ты что, уволил его? — сама не заметила, как перешла с ним на «ты» без зазрения совести. После того как я тыкала ему пальцем в грудь и обвиняла во всех смертных грехах, выкрикивая слова о бесконечной ненависти, было бы странно уважительно обращаться.

— Соскучилась по нему? — насмешливо спросил Варламов, утыкаясь обратно в смартфон. А я уже захлебывалась от новой волны возмущений. Как он может так со мной разговаривать, после того как я по его же милости прошла через настоящий ад?

*****

— Узи показало, что все хорошо. — прочеканил доктор в стильных узких очках и я облегченно выдохнула. Главное, что малыш в порядке. — Мы проколем Вам капельницы в течение нескольких дней. На всякий случай. — врач снова посмотрел на меня. На этот раз как-то… сочувствующе. — Вы должны ответить мне, был ли… — он замялся на секунду. — Физический контакт.

Распахнула глаза. Я правильно его поняла?

Посмотрела на Варламова, сидящего рядом. Он даже в кабинет доктора меня чуть ли не за ручку привел, словно пятилетку. Боится, что я снова пропаду?

— Нет. — откликнулась я механическим голосом, смотря при этом на Евгения Сергеевича.

— В этом нет ничего постыдного, и Вы не виноваты. Мы все равно узнаем, поскольку Вам придется пройти осмотр гинеколога. Так что, если все же…

— Нет! — резко перебила я доктора, и он наконец замолчал. — Меня никто не трогал.

Вероятнее всего, по наводке Варламова этот молодой симпатичный врач прекрасно знает, что со мной произошло, раз задает такие вопросы. Но, черт побери, как же все это унизительно! Мои щеки пылают, и я утыкаюсь глазами в пол, молясь чтобы меня поскорее отвели в палату и оставили в покое.

Просыпаюсь я уже поздно вечером. За окном стемнело, а на тумбочке возле больничной койки стоит поднос с остывшей едой. Все тело ломит от непривычной мягкости кровати, и впервые за много дней я чувствую ясность в голове. Сколько я проспала? Часов девять, не меньше.

Медленно встаю и прохожу по палате, разминая мышцы. Все еще ощущаю легкую слабость, но сейчас моё состояние не идет ни в какое сравнение с тем, что было еще сутки назад.

Я останавливаюсь возле окна и вглядываюсь в темноту ночи. В больничном дворике довольно безлюдно, но у входа все еще дежурит пара внедорожников, настойчиво оповещая меня, что я под тщательным наблюдением. Уверена, и за дверью маячит пара амбалов. Но сейчас это больше вызывает облегчение, чем раздражение. Так я чувствую себя в безопасности.

Я вспоминаю как Варламов посмотрел на меня, когда я его оттолкнула и закусываю губу. Пожалуй, тогда на его лице отразились самые настоящие эмоции. Злость и ярость вперемешку с похотью и чувством вины. Мотаю головой в попытках освободиться от гнетущих мыслей, но не выходит.

Я взглянула в зеркало и заправила волосы за уши. От набранных былых килограммов не осталось и следа, лицо исхудало, приобретя тусклый серый цвет, а под глазами залегли черные круги.

За дверью послышались шаги, и я резко обернулась замерев. Но тут же себя одернула. Кажется, я делаю это уже по привычке, замираю от каждого шороха, будто запуганный зверь.

Но еще через секунду дверь без стука распахнулась и у меня буквально глаза вылезли на лоб от удивления.

Я изумленно уставилась на посетительницу, а та в ответ смерила меня высокомерным взглядом с головы до пят, будто что-то оценивая.