Книга Хочу тебя себе, страница 78 – Маша Малиновская

Я опускаю глаза, делаю вид, что меня больше интересует еда. Но руки дрожат, и я точно знаю, что он это заметил.

Мы едим молча, но напряжение в воздухе становится гуще. Я чувствую, как он смотрит на меня время от времени, и от этого внутри всё сжимается.

Я вздрагиваю, когда Игнат внезапно отодвигает столик с едой, а потом разворачивается ко мне и подтягивает меня за бёдра к себе. Опускает взгляд на губы, заставляя сердце забиться быстрее, прикасается кончиками пальцев к линии подбородка и медленно ведёт.

Я вижу, как у него дёргается кадык, а взгляд темнеет, вызывая испарину у меня на спине.

— Так болит или нет? Ты так и не ответила.

Кажется, что кожа тут же вспыхивает. Мне срочно нужно дышать глубже, потому что сердце усиливает ритм, и кислорода начинает не хватать.

— Я.… — горло пересыхает, в висках пульсация. — Кажется, не болит…

— Отлично, — выдыхает мне в губы Игнат, а потом впивается в них своими и подминает под себя, мягко уложив на лопатки.

Ты должна была стать просто куклой, что мне наскучит,

но тебя не так просто выбросить, изломав.

Каждый носит грехи за душой своей, словно камни,

я свои не ношу, ведь ты рядом идешь сама.

прекрасная

honey_violence

Игнат

Варя спит.

Ее дыхание ровное, тихое, влажные губы приоткрыты, ресницы подрагивают. Она свернулась калачиком, спрятав лицо в подушку, светлые волосы разметались по подушке и простыне.

Я смотрю на нее, не в силах оторвать взгляд, но ощущение внутри — будто стекло под ногами. Чуть сильнее нажмёшь и треснет. Пойдёт паутиной.

Она…. доверяет мне.

Вчера доверяла. Раскрывалась, отдавалась. Цеплялась за мои плечи, как будто просила держать крепче, не отпускать.

И это её доверие… выводит из себя сильнее, чем если бы ненавидела.

Я откидываюсь назад, закрываю глаза, но в висках стучит. Грудь сжимает что-то неприятное, глухое.

Тянет к ней. Хочется тронуть, убедиться, что она настоящая. Что не растворится, как всё, что мне когда-то казалось ценным.

Тянусь за ее футболкой, сброшенной вчера на пол. Хочется почувствовать её запах. Сжать до хруста в костях что-то, что принадлежит ей, что ассоциируется с ней. Но при этом не причинить боль ей самой.

Ладонь под тканью натыкается на что-то твёрдое.

Книга? Нет, скетчбук. Вещи Вари лежат на тумбочке, но этот блокнот оказался на полу в раскрытом рюкзаке под сброшенной вчера футболкой.

Она не говорила, что рисует. Интересно.

Открываю первую страницу.

И встречаю свой взгляд.

Я.

На каждой странице. В разных образах.

Тёмные чернила, тонкие линии, яростные мазки графита.

Демон с раскалёнными глазами, дьявольской ухмылкой, когтями и рогами.

Дракон, парящий над разрушенным городом, пожирающий всё вокруг.

Вампир с клыками, что сжимают шею своей жертвы. В каждом штрихе читается страх, напряжение, тьма.

Тьма, которой я ее окружил. В которую погрузил без возможности сделать вдох.

Я.

Так она меня видела. Так она меня видит.

Я чувствую, как что-то в груди скручивается в тугой комок, расползается мерзким осознанием. Всё это время я думал, что любовь — это ложь. Отец был в этом уверен. Вбивал мне это в голову с детства.

Но тогда что это?

Этот ледяной страх, что она исчезнет? Это тянущее ощущение внутри, когда я смотрю, как она улыбается во сне? Это раздражающее желание беречь её, не отдавать никому?