Книга Хочу тебя себе, страница 71 – Маша Малиновская

Его взгляд проходится по Варе, и Сандр едва заметно ведёт бровью.

Наблюдательный и въедливый, как обычно.

Предлагаю ему одну из лучших випок, чтобы мог там объяснить гимназистке, кто тут папочка, пока его младшего упаковывает его же охрана, а сам цепляю Варю и собираюсь вернуться в кабинет, чтобы продолжить с того, на чем мы остановились.

Но видимо сегодня или парад планет, или какое-то сраное затмение. Вибрирует телефон, и я вижу в сообщениях номер матери.

“Игнат, пожалуйста, помоги.…”

__________________

** Сандр Симонов — главный герой романа Марии Зайцевой "В лапах зверя" (книга-участник нашего крутого литмоба "Жажда")

Я втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы, сжимая пальцы в кулак так, что костяшки белеют. В висках стучит, адреналин разгоняет кровь, но я держу себя в руках. Пока.

Варя идёт за мной, шаги неуверенные, дыхание сбивчивое. Она что-то чувствует, видит, что я на грани. Нервно кусает губу, но молчит. И правильно делает. Сейчас не время.

Рывком открываю дверь в кабинет, захожу первым, она следом. Медленно поворачиваюсь к ней.

— Сиди здесь, не выходи, — говорю сквозь зубы.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами, пальцы сжаты в подоле юбки.

— Что случилось? — шепчет.

— Не твое дело, — отрезаю. — Просто сиди и не вздумай выйти.

Я разворачиваюсь и ухожу, пока она не успела ничего сказать. Пока ее испуганный взгляд не сделал в моей голове еще больший хаос.

Выхожу на улицу, сразу же сажусь в машину и даю газу. Колёса визжат по асфальту, но мне плевать. Главное — скорость. Главное — добраться до нее вовремя.

Дёргаю телефон, набираю номер.

Гудки.

Один. Второй. Третий.

Блять.

Она не берёт трубку.

Сжимаю руль так, что пальцы сводит судорогой. В груди нарастает холодная ярость. Если отец добрался до нее — всё. Она труп. Он не простит. Не оставит в живых. Он не любит предателей, а тем более тех, кто думал, что сможет его обмануть.

Младшего он заберёт. Сделает с ним то же, что сделал со мной. Закроет в своей чёртовой клетке, превратит в тень, в инструмент.

Я не дам. Чёрт возьми, я не позволю ему это сделать.

Набираю снова.

— Ответь, мама… — шиплю в пустоту.

Снова гудки. Потом — щелчок. И наконец звучит ее голос:

— Сынок? — голос спокойный.

Я чуть не въезжаю в встречную фуру, успеваю дёрнуть руль.

— Где ты? — выдыхаю в телефон.

— В смысле? В Минске, — удивляется она. — А что?

Я резко давлю на тормоз, машину заносит, и я встаю на обочине.

— В Минске, мам? — переспросить, убедиться.

— Ну да, сынок. А что случилось?

Я провожу ладонью по лицу, выдыхаю, стискиваю зубы, глядя в лобовое. Трава, трасса, мерцающие огни фар проезжающих машин. Всё это перестаёт существовать.

Он её не тронул.

— Всё нормально, мам. Перезвоню позже.

Скидываю звонок.

Несколько секунд просто сижу, уставившись в темноту за окном. Сердце бьётся о рёбра, но постепенно замедляется.

Мать в порядке.

Я ненавижу ощущение, что проиграл. Проклинаю себя за то, что дал эмоциям управлять собой. За то, что рванул, не подумав. За то, что на секунду испугался.

Ещё раз смотрю в телефон. Сообщение с левого номера.

Сраное дерьмо, я повёлся.

Резко врубаю передачу и разворачиваю машину. Давлю педаль газа в пол. Теперь я должен быть в другом месте. В другом грёбаном месте.

Дорога размывается перед глазами, но я не сбавляю скорости. Машина несётся по трассе, обороты рвут двигатель, стрелка тахометра на грани. В висках пульсирует глухая боль. В груди клубится ярость, а в голове — одно слово. Отец.