Книга После развода. В его плену, страница 95 – Мария Устинова

С посторонним мужиком в квартире неуютно.

Он уже сварил кофе — для меня.

Сделал бутерброд с сыром и яйцом. Даже лист салата добавил. В этом было что-то женское, мужчины так не готовят. Наверное, у него девушка, которой он делал завтрак в постель и по тому же подобию Спартак приготовил его и мне.

Отвожу глаза.

Дело не в том, что стыжусь.

Просто мне неловко, что обо мне заботятся люди, которые не должны этого делать.

Он, наверное, тоже знает, что Влад вчера смотрел. Он и сам меня видел на той кровати и даже лицо потом неправильно срослось.

— У нас плохие новости, Инга. У Павла инфаркт. Он сейчас в больнице. Понимаешь, что это для нас значит?

— Что?

Про инфаркт я не знала!

— Лука возглавил группировку. Минимум, пока Павел не встанет на ноги. А если что случится — это навсегда.

Сердце начинает щемить.

За себя… За Влада.

Он же отомстит Владу! Они же ненавидят друг друга!

— Я это к тому, Инга, что тебе пока лучше дома посидеть. Я с тобой побуду.

Только в прошлый раз это не помогло. Лука увез меня силой. Вслух этого не говорю. Незачем, только Спартака колоть шпилькой, а я не привыкла так относиться к людям, которые пытаются помочь.

— Я слышала, вы говорили про Луку…

Спартак хмыкает.

— Помнишь клуб, где свадьбу праздновали? Лука его разнес вчера. Забрал сотрудника и увез.

Получается, сразу из подвала, где пытал Глеба он поехал в клуб?

Думала, он уехал с Кариной.

— Зачем?

— Ищет убийц. Думаю, поэтому. И продолжает искать. В интернете появилась запись, где он кого-то пытает.

— Даже после того, что случилось с Павлом? — не понимаю я. — Почему?

— Не знаю, — он пожимает плечами. — Так принято, Инга. У Дикановых принято мстить друг за друга. Вернее, так было.

Спартак замыкается, и я понимаю, что больше ничего не скажет.

— Когда Влад вернется?

— Ночью, может, к утру. Его скоро в полицию вызовут по делу о стрельбе, тебя скорее всего тоже…

— Он не говорил.

— Значит, еще скажет. До вызова ему нужно понять, что делать дальше, так что я бы его скоро не ждал. Дик город роет в поисках ответов. Ему нужно разобраться с этой землей и взять Сабурова и его подельника за жабры.

— Надеюсь, с ним все будет хорошо, — бормочу я, и ухожу в спальню.

Тревога не дает покоя.

Раньше я лежала, пялясь в пустоту, а теперь брожу и изнемогаю от беспокойства за Влада. Одна я бы хоть поплакала, а со Спартаком за стенкой не могу.

Нужно чем-то заняться. В постели я ничего не могу дать мужу, но быть хорошей женой в остальном должна.

В шкафу нахожу рубашки Влада, кто интересно, ухаживает за одеждой? Он одевается в классическом стиле: костюмы, белые рубашки, с ними много хлопот. Выворачиваю мятый воротник, расправляю рукава. В кладовке должен быть утюг…

Раньше я ухаживала за одеждой мужа.

Для Сабурова я делала это потому, что любила… У нас два года был практически сплошной медовый месяц.

Владу я хочу быть благодарна.

Пока отпариваю и глажу, в кухне начинает разрываться телефон.

Жду недолго, затем выглядываю.

Спартак курит на балконе и не слышит.

А на столе лежит не его — моя трубка! Наверное, Влад оставил.

Подхожу, несколько секунд смотрю на незнакомый номер, а затем отвечаю:

— Да?

— Инга, это ты? — хриплый голос Луки узнаю сразу, во рту пересыхает. — Ты одна?

Роняю трубку.

Рука разжалась непроизвольно, словно держу ядовитую змею.