Книга После развода. В его плену, страница 141 – Мария Устинова

Что будет потом, Влад?

Когда его интерес ко мне угаснет? Потому что я не верю, что он долго выдержит, не получая от меня постели. Знаю, что не смогу.

Не смогу еще долго.

И дело даже не в том, что ношу ребенка.

Я просто боюсь этой стороны жизни. Не дам ему того, чего он хочет еще с первой нашей ночи.

Так когда интерес ко мне угаснет?

Через полгода?

Год?

Или когда вырастет живот?

— Влад, — выдыхаю я. — Ты получил результат теста? Когда мы сможем узнать…

— Я не знаю.

— Ну это ведь недолго. Их быстро делают.

Мы можем просто пойти и сдать сами.

Но при мысли об этом пересыхает во рту. В висках стучит пульс.

Мы можем, только ни он, ни я не предлагаем этот вариант.

— Я позвоню… — он осекается. — Павлу.

Вижу, что не хочет.

Но жду, пока набирает номер и ходит по кухне. Ждет ответа.

— Когда будут готовы результаты теста?

У него непривычно сухой голос.

— Я не знаю.

Слышу только его часть разговора и на каждом слове сердце вздрагивает.

Я очень боюсь услышать не то, что хочу.

— Нет… Нет, нет, только не это!

У меня все плывет перед глазами.

Я только вижу, как Влад качает головой. Сами подгибаются колени и вдруг он замечает, что я оседаю.

— Инга, — он подхватывает меня одной рукой. — Тише… Я не могу говорить. Я сказал, нет!

Он сбрасывает, и помогает мне сесть.

— Что с тобой, ты переволновалась? Результаты еще не готовы. Образцы послали заграницу…

Я качаюсь, ощущая себя на грани обморока, пока по мне скользят руки Влада.

— Ты сказал…

Я думала, отец Лука.

— Я не об этом! Отец зовет нас на поминки.

— Отец? — в голове еще плавает предобморочный туман.

Влад садится на корточки и заглядывает в глаза.

— Я сегодня много нового про себя узнал, — он усмехается. — Павел не мой дядя. Он мой отец.

В шоке таращусь на него.

— Вот такая у меня семья, дорогая. Прости, что тебя к нам втянул.

От невеселой улыбки в уголках глаз собираются морщинки. Пытаюсь их разгладить подушечкой пальцев, и Влад целует руку.

От губ распространяется тепло.

Я чуть не умерла от страха в тот момент, когда он начал кричать «Нет».

Сейчас по телу разлилась такая слабость, такое облегчение, что я его целовать готова.

Пусть ребенок будет от него.

Пусть хоть одна мечта исполнится.

Хоть так.

— Какие поминки? — бормочу я.

О поминках писал Лука.

Он хотел там встретиться.

— По Денису. Их откладывали, но скоро прилетает его мать. Я так не хочу видеть их рожи…

Продолжаю неторопливо гладить его лицо — висок и скулу. Влад не обращает внимания, но вижу, что приятно.

Отец…

Влад вырос, не зная родителей. Ни отца, ни матери, а если он простит Павла? Если пойдет на примирение с семьей — что мне делать?

От этой мысли веет холодом.

— Если он твой отец… Что это меняет?

Влад усмехается.

— Это меняет все, Инга. Просто все.

Вынимаю пальцы из его рук, но Влад не обращает внимания.

— Извини, мне нужно позвонить. По Сабурову, — он встает, достает телефон, погружаясь в дела. — Шах, Сабурова экстрадируют в Россию. Мне нужно организовать встречу в СИЗО. Я приду с женой. И передай ему кое-что… Предложение от меня. Он отдает землю, взамен я охраняю его. Пусть подумает. Когда мы встретимся, я хочу узнать решение.

Ухожу в ванную.

Там, под шум воды, сижу и смотрю на бьющую струю. Скоро я увижу бывшего. И хотя будет приятно, что в своих прогнозах он ошибся и это он, а не я, оказался на самом дне. Но ведь я тоже в ловушке. В ловушке его семьи.