Книга После развода. В его плену, страница 106 – Мария Устинова

Влад Диканов

— Все плохо?

Артем видит, каким убитым он спустился к машине.

— Хуже не бывает.

Влад садится в джип.

При ней старался не показывать, что раздавлен. Левая сторона груди до сих пор ноет, то ли от новостей, то ли от того, как Инга орала, когда он уходил.

Истошно, словно его убивают.

Или ее.

Завтра отведет к врачу и будь, что будет.

Он останавливает поток мыслей.

Выкидывает все лишнее из головы.

Главное, нашел пушку.

Все сложится.

Варнак его не ждал.

Когда Влад заходит в прокуренную каморку, тот поднимает голову. Смотрит без страха, но с непониманием.

На руках все еще наручники. За недели в плену чуть не до костей запястья протерли. На руках ссадины и синяки.

Влад стоит неподвижно, пистолет опустил дулом к полу. Кто знает, что тот подумал — что убрать приехал?

У него другие планы.

— Хочешь выйти? — бросает он.

— А кто бы не хотел.

За это время он смирился.

— Уберешь одного человека и сможешь. Кровью тебя повяжем. Запишем на видео. Согласен?

Эти путы — на всю жизнь.

Но если выбирать между могилой и рабством, выбор очевиден, разве нет?

— Согласен, — кивает Глеб. — Кого убрать надо?

Но вместо того, чтобы назвать цель, Влад тяжело дышит. Ноздри раздуваются.

— Допустим, выйдешь. Тронешь Ингу, и я тебя убью.

— Трону? — усмехается Глеб. — Я ей ноги целовать готов. Она меня спасла.

— Похоже, ты готов целовать моей жене не только ноги, но и то, что между ними, да?

Глеб показывает окровавленные зубы.

— С удовольствием, Дик. С удовольствием…

Его обрывает удар в живот, но он только смеется.

Тварь!

Реально готов.

Ну и тварь же!

— Только посмотри в ее сторону, — хрипит Влад. — И ты сдохнешь!

Сам не возьмет, но другим не даст.

И дело не в том, что самому хочется. Не просто ревность. Это застилающая ненависть глаза появилась после сраного видео.

От одной мысли, что его Ингу кто-то хочет, забрало падает.

Бешеная, атомная ярость.

Еще раз бьет в живот и выдыхает:

— Ладно, Варнак. Если готов, поехали.

В машину его сажают в наручниках.

Глеб не возражает.

Понимает, что с этого момента два варианта. Либо сегодня он сам окажется в могиле, либо положит туда того, на кого покажет Влад.

Сначала он хотел заказать дружка Луки.

Но эту тварь лучше самому грохнуть.

Они приезжают за город, к дачным поселкам.

Здесь не картонные домики — кирпичные коттеджи. За высокими заборами лают собаки, тянет дымом из труб.

Когда паркуются, не заезжая в СНТ, Артем набирает номер ребят и ставит на громкую связь.

— Ну что? — интересуется Влад. — Он здесь?

— Да.

— Один?

— Да.

Тем лучше.

— Вы в машине, — предупреждает Влад и выбирается наружу.

Налетает холодный ветер — ночью за городом природа всегда злее. Пахнет снегом и дымом, жильем. Немного — шашлыком. Жрать хочется.

Инга наверняка что-то приготовила, только времени не было.

Он идет через поселок, почти незаметный в своем черном пальто на фоне разбитой черной дороги с проталинами снега.

Свои встречают через несколько домов — ближе к деревьям и кустарнику, где труднее засечь.

— Он внутри, — докладывает парень, зябко куря сигарету, на нем зимний камуфляж, то ли рыбаком прикидывается, то ли охотником. — Никуда не выходит, только на улицу, в баню. Даже в магазине не был. Затихарился.

— Точно один?

— Днем приезжали. Привезли пару сумок. Сейчас один.