Книга После развода. В его плену, страница 105 – Мария Устинова

— Нет, Влад… — я выдыхаю, а вдохнуть не могу.

Горло сжалось!

— Да, Инга! Мы поедем к врачу, и все проясним!

Я пытаюсь вдохнуть — и не могу от паники. Отпускаю Влада, но он держит меня, лучше меня самой понимая, что со мной происходит.

— Успокойся, дыши, ты слышишь? — он прижимает мой лоб к своей груди. — Ничего страшного не случилось. Дыши.

От его голоса удается вздохнуть, а на выдохе меня накрывает истерика.

Как будто вместе с воздухом кто-то поднял заслонку. Смесь эмоций выплескивается наружу, и я безобразно рыдаю ему в грудь, пока он ждет.

Я не хочу к врачу!

Даже представить не могу, что туда кто-нибудь полезет. Что мне придется рассказать детали о своем здоровье. Что половину придется скрыть…

Я наверняка расплачусь во время приема.

Я вообще без Влада не смогу зайти в кабинет!

— Тихо, — он хлопает меня по спине. — Инга, мне нужно пушку найти… Я ненадолго приехал.

— Нет, — крепко обнимаю торс.

— Я должен, Инга.

Он перехватывает руки, но пока не убирает.

Я чувствую: ему приятно, что я прильнула.

— Ты обещала, что будешь слушаться меня…

Но ведь это другое.

Я дышу в грудь, но не отпускаю.

Как так вышло, что весь мой огромный и счастливый мир певицы Инги сжался до этого человека…

— Ты мне веришь?

Он ждет ответ.

Конечно, я верю тебе, Дик…

Зажмуриваюсь, лишь бы не отпускать.

— Я сделаю все, чтобы жить хорошо, — вдруг говорит он. — Чтобы ничего не бояться. Ты уже можешь выходить на улицу… Пока только во двор. Но тебе будет легче на воздухе. Проблемы со здоровьем могли появиться, потому что ты месяц на улице не была… Рано волноваться. Не переживай.

Всхлипываю, но не отпускаю.

— Мы сходим к врачу. Ничего в этом страшного нет… Я пойду с тобой.

Я слегка разжимаю руки.

Разве в этом дело?

Думаешь, поэтому я тебя держу?

— Не уезжай, прошу тебя… Только не сейчас, Влад!

Шепчу, покрываю его лицо поцелуями.

Он как будто не здесь, заторможенный, разгоряченный дракой. В другом месте, там — где он нужен. Все никак не может сбросить адреналин.

Это я, женщина, сижу дома, в его логове, пока он вынужден добывать для нас мир и право на жизнь.

— Я знаю, что делать, Инга.

Влад перехватывает мое лицо, не давая поцеловать.

Смотрит не на влажные губы, а в глаза и у него взгляд безумца и убийцы. Остекленевший и бесчувственный.

— Скоро Сабурова привезут сюда и тогда я лично посмотрю в глаза этой твари. Ты этого хочешь?

Качаю головой, давясь слезами.

Мне плевать на Сабурова.

— Я их выслежу всех до одного.

Но я снова качаю головой.

— Я убью Луку.

— Я хочу, чтобы ты остался.

Я прошу о том, чего он дать не может. Такую малость — и не может.

— Я вернусь утром. Я должен позаботиться о нас… Спартак!

— Нет! — начинаю реветь, но побледневший Влад безжалостно отрывает от себя мои руки.

Когда появляется его мрачный товарищ — словно слышал весь наш разговор! — Дик передает меня ему.

— Последи за ней, я приеду утром. Если не вернусь… Отведи ее к врачу сам.

Тот кивает, пока я реву.

Точно слышал!

Дик обыскивает комнату.

Забирает пушку.

Спартак наблюдает так, словно понимает, что происходит.

Я реву, как будто он уходит на войну, оставляя меня слабую и беспомощную, одну. Ору в руках Спартака, пока душу рвет на части.

А если он не вернется, как сказал?

Если не вернется?