Книга Птичка для пилота, страница 55 – Евсения Медведева

С этими словами она чмокнула меня в макушку и шустро выскочила из салона. Я сидела на первом ряду, поэтому ещё долго видела коварную улыбку подруги в иллюминатор. Она стояла в стеклянной галерее телескопического трапа, махала платочком и загадочно улыбалась. Точно сумасшедшая, пора бы у неё попросить справку! А ещё собаку оставила с этой заразой. Именно так я и думала ровно до того момента, пока суету и шуршание пассажиров не прервал знакомый голос:

«Добрый вечер, уважаемые пассажиры. Я, капитан корабля Крылосов Максим и мой экипаж…»

Дальше слушать было не обязательно, пазл сложился. А желание выйти из самолета просто зашкаливало. Руки сжали подлокотник, а взгляд был сконцентрирован на бортпроводнике, который отточенными до автоматизма жестами проводил инструктаж пассажиров. Именно сейчас я пожалела, что не выпила ту рюмку коньяка, что так навязчиво предлагала мне Лина. Внезапно её слова только усилили мое сердцебиение: «Это тоже совпадение…».

— Почему она сидит одна, а я вынуждена сидеть с грудничком у прохода? – я машинально обернулась источник шума, что помешало мне мысленно самоуничтожаться. Женщина, прижимая к груди маленького ребёнка, стояла в проходе и кричала, как ненормальная, мало беспокоясь о спокойствии малыша. Ну, и как следствие, через секунду салон самолета был заполнен детским плачем. Было ощущение, что делалось это специально, но шоком для меня стало то, что она не прекращала тыкать в меня пальцем. Лина встретила меня у входа уже с посадочным талоном, поэтому я даже удивилась, когда не обнаружила никого на соседних креслах. И сейчас я заливалась краской, словно из-за меня бедная девушка вынуждена лететь в туалете.

— Пересадите меня туда! – верещала она, топая ногой.

— Девушка, это аварийный выход, а по правилам безопасности там не могут сидеть пассажиры с детьми, – молодой человек всячески пытался угомонить истеричную пассажирку. – Присаживайтесь, во время руления все пассажиры должны быть на своих местах и пристегнуты ремнями безопасности!

— Я не прошу, я требую! – не унималась она. – Нам с малышом тесно, и так летим в какой-то старой консервной банке, да ещё старика рядом посадили!

— Я доложу капитану, – прошептала бортпроводница, стоявшая возле меня.

— Я пересяду, просто скажите куда? – перехватилась я её за руку.

— Мы не можем пересадить вас, к сожалению, – вновь и вновь повторял молодой человек, пытавшийся урегулировать конфликт. – Займите, пожалуйста, своё место, иначе мы будем вынуждены отказать Вам в перевозке.

— Посмотрите, люди добрые, мамочку с ребёнком готовы выбросить прямо на ходу! – не унималась крикунья, но все же села в кресло.

— А я могу пересесть? – мужчина явно не собирался сидеть весь полёт с этой историчной пассажиркой, поэтому добавил в голос упрашивающие нотки. – Только мне нужно место у окна!

Мне хотелось расплакаться, так плохо мой отпуск не начинался ещё никогда. Я со злостью схватила сумку и вышла в проход, чтобы пропустить грузного мужчину к иллюминатору.

— Да, пройдемте, – бортпроводник отошёл назад, пропустил мужчину, сочувственно пожал мне плечами, будто извиняясь, и уже через минуту салон самолета погрузился в напряженную предвзлетную тишину.

За туманом мыслей, я даже не заметила, как мы взлетели. Поэтому мысль устроить истерику и сняться с рейса довольно быстро покинула меня, хотя выброситься и ещё раз встретиться с мистером-Боингом было примерно равносильно.