Книга Пепел прошлого, страница 41 – Евсения Медведева

— При чем здесь Макс? — от одного упоминания этой любящей пары, мне стало жарко. Дернув плечами, сбросила его руки.

— А ты думаешь, что это было без его участия? Да? Только он мог дать им те кошмарные фотографии из-за которых тебя исключили из программы стажировки в Вене!

— Дэн, поверь, Макс тут не при чем. Он никогда бы не смог такого сделать, — открыла шкаф, перебирая вешалки с одеждой, но перед глазами всплыли позорные кадры десятилетней давности, когда придя в госпиталь, я обнаружила, что на доске с расписанием операций висят мои обнаженные фотографии. Зажмурила глаза и выдохнула.

— Мам! Мам, можно мы пойдем к тете Кире? Дядя Влад сказал, что будет учить нас кататься на коньках! У них есть выход к речке, а у нас нет! — Мила влетела в дом, поскользнувшись на заснеженных ботинках на каменной кладке прихожей.

— Осторожней, а то сломаешь себе что-нибудь! — машинально сказала, даже не поворачиваясь к дочери. Рука остановилась на вешалке с пуховиком.

— И ничего я не сломаю! — Мила маневрировала, стараясь схватиться за что-нибудь. И, ухватившись за большую напольную вазу, с грохотом рухнула навзничь, не забыв потянуть за собой хрупкий сосуд.

— Я ж говорила, что сломаешь. Дэн, неси веник, а ты, барышня, не шевелись, а то порежешься!

— А вот и ничего я не по… — Мила вовремя прикусила язык и замерла на полу. — Уже все?

— Этой вазе больше лет, чем тебе, — проворчала Буля, играючи шлепнув веником внучку по заднице. — Ее дед привез из Чехословакии.

— Уже и страны такой нет, — шептал Дэн, собирая крупные осколки.

— Страны нет, а ваза была! — взвизгнула Буля и со всей силой ударила смеющегося Дэна. — Еще посмейся, а то я покажу тебе русское радушие!

— Буля, — я еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться. — Я убежала. У меня сегодня три операции, к ужину не ждите.

— Ты постоянно убегаешь! Ты чего опять в джинсах? И шапка эта, как использованное… — она многозначно посмотрела на Милу, — средство безопасности при контакте с мужчинами.

— Это "носок", — уже не скрывая смеха, я обернулась к зеркалу.

— То-то и видно, что кто-то поносил, а потом ты натянула на голову. Опять пуховик, сапоги. Лизка! Ты же женщина!

— Какая разница? Ведь мне все равно потом в розовый костюмчик с медвежатами переодеваться.

— Вот тебе все равно, а к нашему соседу напротив сегодня такая шикарная дама приехала! И шпилька, — Буля размахнула руками, чтобы преувеличить высоту каблука для красного словца. — И прическа! А ты что? Опять не накрасилась, губы покусаны. Кто тебе их постоянно кусает? Мне мать рыбьим жиром мазала…

С этими словами старушка убежала на кухню, продолжая ворчать себе под нос.

— Не вздумай, — прошипел Дэн, схватив меня за лямку сумки.

— Я? Чего? — вырвала сумку из его рук и выскользнула в гараж, как можно быстрее. В голове только и стучали слова бабушки. Дама? К Максу?

Вырулив на улицу, остановилась, сделав вид, что жду, пока закроются автоматические ворота. Напротив нас было несколько домов. Кого она имела в виду? Но стоило мне тронуться, как руки сами повернули руль в сторону переулка. Спрятав машину за кованой решеткой палисадника, выскользнула. Сухие пышные кусты роз, крытые шапками снега спрятали мою маленькую машинку от посторонних глаз. Вернее от глаз моих родных.

Не отдавала я себе отчета, зачем иду туда. Но мне просто необходимо было посмотреть на ту, кто приехала к нему на высоченных шпильках. Дернула калитку, которая естественно, оказалась не запертой. Здесь, вообще, мало кто парится по этому поводу.