Книга Табу, страница 54 – Евсения Медведева

Я вновь и вновь  превращалась в тряпку, струящуюся по его властным рукам… Закипала от сосредоточенного взгляда, от резкого, размеренного дыхания, он словно был не способен на сбои. Это четко настроенный компьютер, основной программой которого было – удовлетворить женщину. Это наслаждение было на грани унижения… Меня опустошали, как бокал дорогого шампанского, оборачивали в богатое манто мужской власти, опьяняли несвойственной нежностью и убивали взрывным оргазмом, отчаянно оттягиваемым желанием Лазаря понаблюдать за моими муками подольше. После каждой нашей с ним встречи я умирала. Садист он! Извращенец, ей Богу…

«Что? Я только что жаловалась, клянясь свернуть ему шею? Мне было больно? Пф-ф-ф-ф… Ерунда. Продолжай, мальчик мой… Не останавливайся!» – думала я каждый раз, падая от усталости на любую предложенную им поверхность: пусть то будет ледяной  кафель, мягкость ковра, тепло воды в джакузи… Это магия какая-то. И после всего этого я – ведьма? Милый, ты что-то путаешь!

С абсолютно непробиваемым выражением лица он вертит мое изнемогающее тело, как зубочистку между пальцев, не утруждаясь даже спросить, чего хочу я! Как только темный взгляд концентрируется на мне, становится действительно страшно. Это как быть на прицеле снайпера. Ты понимаешь, что в данный момент никого, кроме тебя, в этом мире не существует. Напряжение настолько реально, что его можно ощутить, потрогать дрожащими пальцами, вдохнуть, подобно густому дыму марихуаны, но это становится твоей последней ошибкой… Именно этот порочный вдох превращается в последний, потому что мир исчезает, оставляя только вакуум, наполненный нашими стонами и резкими выдохами. Я вновь и вновь схожу с ума, силюсь не потерять нить реальности, но все это хе*ня! Су*а! Он – робот, целью которого является полное изнеможение своей «жертвы», не остановится, пока ты не обмякнешь в его руках, напрочь забывая дышать. И только тогда, не подав ни намека на усталость, он уложит тебя на гладкие и такие влажно-прохладные простыни, не забыв накрыть одеялом.

«Боже! Что я несу!»

Щеки запылали от уже ставшего привычным возбуждения. Безусловно, я была счастлива, что мне удалось смотаться незаметно, не успев травмировать своим взъерошенным и изрядно потасканным внешним видом по утрам слабую мужскую психику, поэтому сбежала на дрожащих негнущихся ногах почти сразу, как только он заснул. Но именно сейчас я бы многое отдала, чтобы вновь оказаться в небольшой холостяцкой квартире в центре города.

Пока Лазарь спал, восстанавливая затраченные силы, я быстро осмотрела его жилище, придя к выводу, что здесь он явно не живет. Самым жилым помещением в доме была гардеробная, ломившаяся от костюмов и свежих накрахмаленных рубашек. Значит, эта квартира нужна ему только для экстренных визитов, как вчерашний.

От мысли, что за несколько часов до нашей встречи он приятно проводил время в той квартире, только уже с другой, меня прошиб пот. Спина мгновенно взмокла, а шелковая рубашка прилипла к коже, щекоча и без того напряженные нервы.

Толпа прохожих окружила меня, то и дело отпихивая к обочине. Прижалась спиной к холодной поверхности зеркальной витрины, стала глубоко дышать. Приступы паники довольно часто посещали меня, только я научилась справляться с ними. Но для них были поводы: страх, боль или воспоминания. А что случилось сейчас? Легкие словно наполнились жидкостью, блокируя приток кислорода. Сердце стало потрескивать от резкой колющей боли.