Книга Наизнанку, страница 28 – Евсения Медведева

— Почему «папа» сказал его убрать?

— Потому, что нет другого выхода. Можно было три дня потратить на поиск крысы, но не факт, что хватило бы времени, но потерять Яну. А можно принять их правила игры и убрать Кирилла. — я рассмеялся, сам удивившись собственному удовольствию, с которым думаю о том, что скоро одной тварью на земле станет меньше. — И, что-то мне подсказывает, что Кирилла кто-то сливает, потому что к нему ведёт слишком много тропинок.

— А, может, его хотят убрать потому, что он слишком много знает? Тогда стоит его оставить?

— Нет, Серый. Если бы он много знал, его убрали давно и без нашей помощи.

— Ну, за живого мертвяка? — Лазарев разлил коньяк и толкнул ко мне стакан.

— О! Бояра! — в кабинку вошел Бояров. Он на секунду замер в пороге, словно пытался понять, нужно это ему или нет.

— Черт! Олег, я не помню, когда видел тебя пьяным, — рассмеялся друг и, сбросив кожаную куртку, упал рядом. Он остановил взгляд на Лазареве, а потом быстро вернул его ко мне.

— Забей… — проскрипел я и налил виски для друга. — Выпей и давай дружить!

— Что-то подсказывает, что дорого обойдётся мне ваша дружба! — проворчал Паха, но все же опустошил стакан. — С представителями криминала нашей области я еще не пил!

— И, что? Вкус другой? — рассмеялся Лазарев и встал, протягивая парню руку. — Сергей.

— Пока не разобрал, — Бояра встал и ответил на рукопожатие. — Павел.

— Завязывайте! Бояра — Лазарь. Лазарь — Бояра! — мне стало так смешно наблюдать за скованными движениями парней. Паха бросил в меня быстрый взгляд.

* * *

Ключ явно не подходил. Однозначно! Она что, поменяла замки? Я уже несколько минут ковырялся в замочной скважине, стараясь открыть дверь. Вдруг, шорох по ту сторону заставил замереть. У глазка загорелся едва заметный красный огонек.

— Дяденька, а Вы кто? — ее хитрый голос прозвучал так ласково, но я знал, что она улыбается. Точно, она закрылась с внутренней стороны, именно поэтому я не могу попасть своим ключом.

— Деточка, открой дяде дверь?

— А пароль дяденька знает?

— Черт! Открой эту гребаную дверь! — взвыл я, ударяя кулаком в стену.

Тишина продлилась недолго, а потом громкий лязг замка разрушил тишину.

— О! Дяденька, да вы нетрезвы? — Яна стояла в коридоре, прислонившись плечом к двери гостевой спальни.

— Ты пессимистка? — я скинул туфли и, сбросив пиджак прямо на пол, собрался пройти в ванну.

— Почему?

— Потому, что оптимист приходит «полупьяным», а пессимист «полутрезвым». А я оптимист, деточка! Именно поэтому я в *овно пьян! — в темноте коридора я не видел ее лица, да и виски, плескавшееся во мне, не придавало зрению четкости. Я пошел по коридору, пока….

— *лядь! Что это? — я споткнулся и полетел вниз головой, попутно стараясь схватиться за что-нибудь, чтобы сохранить равновесие. Но под рукой ничего не оказалось, только прохладная штукатурка. И я приземлился на бок, в сопровождении грохота. Как ни странно, я готов поклясться, что услышал лязг замка. Точно! Янка спряталась за дверью. — ЯНА!

— Что, дяденька? — она хохотала за дверью.

Я встал и щелкнул выключателем. Коридор был заставлен коробками. Я стал открывать крышки. Черт! Там были подушки, одеяла, постельное белье, старый плед и даже посуда!

— Немедленно сюда! — взревел я, стараясь не шевелиться, чтобы не броситься к двери, за которой отсиживалась шкодила.