Книга Сдавайся, это любовь…, страница 77 – Евсения Медведева

Люся

— Ты чего мокрый? – охнула я и вцепилась в край футболки, с которой просто лилась вода.

— Мусь, ну дождь на улице, вообще-то. Что за глупые вопросы? Ты спишь уже, что ли? Красотка моя, – мокрые, но теплые руки крепко обхватили меня, прижали к себе, и дышать стало легче. Втянула запах его кожи, и слёзы на глаза навернулись.

— Что случилось? У тебя что-то случилось? – опомнилась я и, поспешно махнув ногой, захлопнула дверь в спальню.

Меня просто ужас захлестнул, волосы на голове стали шевелиться, вызывая нервную чесотку. Что делать?

— От Кура избавилась? Мы одни, я надеюсь? – сухие губы щедро отпечатались на моей щеке, и тревога вмиг растворилась.

— Ага… – нагло соврала я, закидываю голову, чтобы в бездонных зеленых глазах утонуть. Пальчиками пробежалась по красивому лицу. – Кофе?

— Ага, только умоюсь сначала, а то, мокрый и грязный, я вряд ли буду допущен до твоих дизайнерских кресел?

Я рванула в кухню, чтобы стереть следы нашего с Чибисовым безумства. Засунула мусорное ведро в шкаф, а потом распахнула холодильник, который, ожидаемо, оказался пуст. Сука… Всё вычистил! Чтоб ему икалось там ещё месяц так, чтоб соседи участкового каждый день вызывали из-за шума! Полки сверкали чистотой, и лишь в ящике для овощей лежал поддон с помидорами и пакет с укропом, ну и в лотке одиноко бренчали яйца.

Бросила сковороду на огонь и стала кромсать овощи, пытаясь понять, как вырулить из этого бреда. Но как бы я ни штурмовала ситуацию, в которой прятала в спальне капитана полиции после самого бурного секса в моей жизни, всё равно выходила лажа. Можно, конечно, глаза Витьке закрыть или за хлебом отправить… Дура!

— Мусь, ты чего отощала-то? Теперь и подержаться не за что!

Я даже в суть слов вникнуть не успела, заметив, как медленно открывается дверь моей спальни, являя моему взгляду красного от гнева Чибисова, замершего на пороге спальни…

В голове стал складываться пазл: обрывки слов, ночной визит и то, что он подумал, ну, а добил меня мой же розовенький халат, которым он прикрыл своё хозяйство, ещё и капюшон с ушками нацепил. Клоун!

— Держаться за поручень в троллейбусе будешь, – я опоздала всего на мгновение. Честное слово! Пыталась предотвратить это, хотела броситься и закрыть дверь на ключ, чтобы он даже не думал выходить из спальни! Но не успела… Так засмотрелась на красавчика в розовом, что мозг совсем потёк!

— О… А кто это у нас тут? Мусь, а Мусь? А это кто?

— А ты у меня спроси! – прорычал Чибисов, в два шага пересекая небольшой коридорчик. И вот они уже стоят лицом к лицу, практически уничтожая друг друга яростными взглядами.

— Кирилл! Витя! – охнула я, внезапно осознав, что если и дальше буду стоять и безмолвно пускать слюни восхищения, то начнётся мордобой. Я буквально в последний момент проскользнула между двумя крепкими мужскими телами и заулыбалась во все тридцать два бивня, поочерёдно заглядывая им в глаза.

— Мусенька? – щурился Витя.

— Люся? – хрипел Чибисов, наглым образом опуская руки на мою задницу, так чтобы всему миру показать, что я его. Клоун… Но приятно.

— Аа-а-а… – неожиданно заржал Витька и сделал шаг назад, складывая руки на груди. Он так откровенно нагло рассматривал с ног до головы Кирилла в капюшоне, а мне со стыда хотелось сгореть. Нет! Сначала оплеуху ему дать за неумение вести себя со взрослыми, а потом сгореть. – Новый папенька?