Онлайн книга «Его Мишень»
|
Дышал, как загнанный зверь, озирался, готовый к внезапному нападения в любую секунду. Хотелось реветь, выть, землю рыть, пытаясь остановить самого себя. Но не мог… Не мог! Сердце по швам лопалось, заливая душу кровью собственной при мысли о том, что сам привёз Ксюшу к нему в лапы. Третьи сутки прокручивал все возможные сценарии… Но с каждой минутой ожидания их становилось все больше, больше, больше… Они уже не умещались в голове, стали превращаться в наваждение, граничащее с бредом, лишив меня сна, возможности дышать, жить и любить. Хотя, нет… Очевидно, любить – сверхспособность. Бесконечная, непрерывная и созависимая. Я всю жизнь старался быть хорошим человеком. Чтить заповеди, уважать родителей и защищать слабых. Отучался молчать, потому что это зло. Истреблял зависть, слабость и малодушие в себе, хотя внешне, конечно, этого не скажешь… Нет, я ошибался, но вставал и шел дальше. Идеальный, правда? Нет… Но сейчас я не мог уступить самому себе. Спрятать, скрыть, соврать – это и есть малодушие, но уже по отношению к женщине, которую полюбил. Я обещал, что не предам. Ей обещал, не себе… иначе бы не корёжился так сильно от мук совести. Утром просыпался, смотрел на сонное лицо Сеньки и готов был соврать, увезти и забыть информацию, что нарыл Чибисов, как страшный сон! Но к обеду готовность бороться правдой за её сердце возвращалась. Есть, конечно, ложь во благо… И, возможно, это тот самый случай, который мне простится на божьем суде. Но у меня не было уверенности, что Ксюша простит мне это, когда узнает. А она узнает… Ложь всегда влезает наружу, как бы мы не старались. — Смотри!! Здорово, да?! – смеялась Сенька, красуясь передо мной в венке из полевых цветов. Говорят, цветы к лицу женщине. Нет. Счастье им к лицу, вот такое вот – настоящее, громкое и не скромное. — Я люблю тебя, – зачем-то выдал, хотя зарекался! Не хотел говорить, не потому что не чувствовал, а потому что подло это: вести её навстречу прошлому, играя словом «люблю», как наживкой, чтобы вернулась. А вероятность такого исхода была… Есть. — Люблю, – повторила Ксюша, обняла меня и снова побежала по дорожке вдоль палаток. – Куда дальше? Не знал я, куда дальше. Знал только, что он каждые выходные сплавляется по реке, поэтому и приехали мы уже к обеду, когда группа должна была вернуться. Сеня пятилась задом, смешливо корча мне рожицы. Она всегда так делала, чтобы рассмешить, повторяя, что мне вредно думать. А я с ней был согласен. Полностью. Выключить бы к хуям эти извилины! Сука, понимаю, что иду в неизвестность, но, как баран, траекторию не меняю! Смотрю в её счастливые глаза и упиваюсь своей болью, что расплавленным свинцом внутри растекается. Мне так плохо было лишь однажды, когда смотрел в бездушный огрызок бумаги, констатирующий насильственную смерть моего долгожданного первенца, которого, как дань, принесли в жертву амбиций моей ненасытной женушки. И вот сейчас. Я снова иду по грани лезвия, понимая, что исход не сможет спрогнозировать ни один человек. Все дело в ней… Всё в её руках… Моя любовь, моя жизнь… Я в её руках. Сеня беззаботно срывала цветки Иван-чая, напевала какую-то песенку, то подбегая ко мне, то вновь залипая у яркой палатки со словоохотливым продавцом. А я терпеливо ждал, благодаря за подаренное мне мгновение… |