Книга Его Мишень, страница 129 – Евсения Медведева

— Ксения? – он попытался унять дрожь, но я-то видела эту трясущуюся от страха губу и красные от слез глаза. Взяла себя в руки, попыталась успокоиться и, дождавшись, когда Ляхов закроет дверь с той стороны, медленно двинулась к нему.

— Можно? – кивнула на диван.

— Казённое, – он дернул плечами и отвернулся. – Я ничего не делал. Ты мне веришь?

— Конечно, верю, – достала из сумки влажные салфетки, и стала медленно стирать разводы грязи с его рук. – Верю. Иногда даже с очень хорошими людьми происходят очень плохие вещи, Егор.

— А если эти вещи происходят постоянно? С того дня, как этот человек родился? – Егор медленно разжал кулачки, дав свое разрешение на контакт.

— В чёрной комнате все кажется чёрным, Егор. Мне один человек сказал, что жить нужно по-особому, – усмехнулась я, понимая, что слова одного наглого прокурора подходят не только для меня.

— Это как? – Егор обернулся, закусил губы и стал внимательно рассматривать меня.

— Он сказал, что жизнь – гонка, но побеждает тот, кто не останавливается и едет от света к свету, не дав темноте поглотить все самое хорошее, что в нем есть.

— Придурок твой друг, Ксюша, – хихикнул Егор и дёрнулся от щекотки, когда я ногтем коснулась запястья. – Не дружи с ним больше.

— С ним нельзя не дружить, Егорка. Есть люди, которые ожогом в сердце отпечатываются с первого взгляда.

— Ну, ладно, – Егор в глаза мне заглянул и так трогательно стёр пальчиком непрошенную слезу. – Дружи, но осторожно.

— Ты есть хочешь?

— П-ф-ф, нет, – Егор выдернул руку из моей ладони и, как обычно отвернулся.

— А так? – я достала из сумки чизбургер и бутылку сладкой газировки.

— Ого, а приставки там нет? – рассмеялся он, заглядывая в мой шопер. – А тот ящик стоит, а ничего интересного не показывает.

— Дома поиграем, когда выберемся отсюда, – я с наслаждением наблюдала, как он со звериным аппетитом уминает вредный, но вкусный фастфуд.

— Рассказывать? – Егор аккуратно сложил обёртку, вытер рот салфеткой, закрыл бутылку газировки и сел поудобнее, сложив ручки на коленях.

— Смотря что?

— Ну, ты же сюда пришла узнать, как я влип?

— Я пришла посидеть с тобой, пока ты спишь, – сняла его грязную бейсболку, пальцами разделила скатавшиеся пряди волос и улыбнулась, наблюдая за его растерянностью. – Мы же с тобой договаривались, что я не задаю вопросов.

— И пытать не будешь, что ли?

— Неа.

— Вот так вот просто поверишь? – Егор округлил свои глаза, медленно приближаясь ко мне, чтобы поймать на лжи.

— Просто верю.

— А тебе говорили, что ты странная? Все взрослые норовят под кожу залезть, научить или наругать. А ты просто пришла в ментовку, чтобы посидеть рядом?

— Да…

Егор пожал плечами, но не отвернулся, продолжаяя рассматривать меня, ка шоколадку в витрине. Позволил обтереть ноги, даже не дёрнулся, когда я спиртовыми салфетками обработала новую ссадину, а потом начал болтать. Так легко и свободно. Он рассказал, как утром перемахнул через забор зоопарка, чтобы навестить любимых обезьян. Я жмурилась от удовольствия, впитывала его голос и кивала, задавая наводящие вопросы. Смеялась, когда он стал изображать гориллу Филипа, звезду нашего зоопарка. Впитывала его эмоции и становилось легче, потому что с ним всё хорошо. Он рядом. Мы говорили о всякой ерунде, пока речь мальчишки не стала медленной, как заевшая пластинка. Скинула рюкзак на пол и уложила его себе на колени, накрыв своим пиджаком. Спи, малыш… Спи… Я рядом.