Книга Семь ночей, страница 66 – Евсения Медведева

— Так, давай без официоза, мишуры и попыток оскорбить меня, указывая на мой средний возраст. Я вполне шикарный мужчина в самом расцвете сил, – мой гость оттолкнулся и подошёл ближе. Расстояние было приличным, достаточным для манёвра, но я все же на всякий случай продумала план отхода. – Константин Каратицкий, но буду признателен, если ты просто будешь называть меня Костя.

— Леся… – я улыбнулась, рассматривая на удивление открытое и доброе лицо красивого высокого мужчины. Костя шаловливо прищурился и заиграл бровью, явно пытаясь меня расположить к себе. – Просто Леся, но знай, что это не точно.

— Ну, просто Леся, мы есть сегодня будем? – он осмотрел фронт работ и закатал рукава черной рубашки. – Можно я помогу?

— Вы? Поможете?

— Так, тяжелый случай, – он забавно закатил глаза и подошел к раковине. Тщательно вымыл руки и взял с разделочной доски нож. – Со мной желательно на ты, иначе диалог выйдет похожим на переговоры, а если честно, я этого очень не люблю.

— Ты правда пришёл помочь? – выдохнула, пытаясь окончательно успокоиться, и подсунула ему маринованные огурцы. – Режем кубиками.

— Честное пионерское, – Костя сделал громкость телевизора чуть выше и усмехнулся. – Ничего не меняется, Новый год, оливье и Ипполит в душе… Любишь советские фильмы?

— Наверное, – я медленно прошла мимо него, чтобы слить воду из кастрюли, и встала за остров, на котором собирала салаты, руководствуясь рецептами из интернета. – Ты знаешь, наверное, я самый скучный собеседник, потому что на все отвечу – не знаю. Так зачем ты пришёл?

— Меня утомили их бесконечные споры, занудные разговоры про бизнес, и я с позором сбежал. Не прогонишь?

— А какое я имею право прогнать? Это же не мой дом, – я уже разобралась с новомодным комбайном, готовым натереть всё что угодно в форме чего угодно, что сильно сокращало время готовки. Мне почему-то было страшно упасть в грязь лицом, особенно когда сама вызвалась приготовить обед для Вадима и его гостей, несмотря на то, что он предлагал заказать что угодно из ресторана. Я с этим справлюсь. Должна справиться…

— А ты не пробовала не думать об этом? – Костя смахнул с доски весьма недурно нарезанные огурцы в стеклянную миску и вновь вернулся к работе. – Я не к тому, что не надо думать вообще и просто жить здесь и сейчас, а к тому, что расслабься, Крошка.

— Как это? – бахнула майонез в салатник и стала замешивать оливье, с интересом поглядывая на Костю. Он довольно ловко справлялся с нарезкой, внимательно следя за происходящим на экране.

— Порой, чтобы что-то вспомнить, нужно забыть об этом. Просто отвлекись и перестань насиловать свой мозг.

— Ну, я так не могу… Это странно, когда ты не знаешь своего имени, не знаешь, откуда ты, что любишь, что нравится. Я как чистый лист, на котором можно писать совершенно новую картину, – в компании этого весёлого красавчика я почему-то чувствовала себя спокойно. Занималась готовкой, изредка посматривая на экран планшета, чтобы не пропустить ничего важного в рецепте, и просто болтала. – На уроках психологии мы проходили подобное, кстати. Я очень похожу на жертву какого-нибудь кровожадного маньяка, они зачастую с помощью сильнодействующих психтропов стирают сознание своих жертв и пишут все заново, под себя подгоняют или под идеал своей больной фантазии. А беря во внимание, что у нашего мозга слишком много инструментов для защиты психики, это оказывается совсем несложно, особенно после перенесённых психологических и физических травм. Меняют привычки, предпочтения, взгляды и даже заставляют влюбляться в себя. – Костя отложил нож, развернулся ко мне, с интересом ловя каждое мое слово. – Есть реальные факты, когда жертвы отказывались писать заявление на своих похитителей или насильников…