Онлайн книга «Семь ночей»
|
Очевидно, я настолько расслабилась, что не заметила, как Иван разогнул оставшиеся два пальца и резким движением надел на безымянный кольцо. Металл будто обжег меня невыносимым холодом, я даже смогла выдохнуть от неожиданности! Иван не просто улыбался… Он довольно скалился, оглаживая мою дрожащую руку. — Ты счастлива, дорогая? – он наклонился, застыв так близко, как ещё никогда… Смородина стала кислой, испорченной приторным мускусом и пекучим перцем. Голос его вибрировал весельем, да и во взгляде что-то поменялось. Эта фальшивая показушность была чуждой, эмоции на его лице лупили по щекам. Куда делся холод, его сдержанность и спокойствие? Где всё это? Боже! Во что я вляпалась? Во что? Родители смотрели на нас, и лишь Тихон криво усмехался, смотря куда-то в сторону. — Так ты счастлива, Олеся? — Иван, отпусти… – я выдавила дежурную улыбку и сумела негромко рассмеяться, лишь бы вытолкнуть внутреннее напряжение наружу. И вдруг так захотелось закурить… Только бы вытравить его запах… Никогда не курила, а сейчас жаждала жгучего яда, растекающегося по лёгким. Дёрнула рукой, желая высвободиться, но Иван не хотел сдаваться, в последний момент сжал свою ладонь, тем самым стягивая с моего пальца кольцо. Звон металла по деревянному полу надрывал наши перепонки… И свет погас. Я сначала даже подумала, что снова вырубилась… Исчез и Иван, и мои смущенные ситуацией родители… Вселенная будто услышала мою мольбу, остановив эту идиотскую карусель. Но голоса посетителей становились все громче, стал слышен скрежет отодвигающихся кресел и звук нарастающей паники… Мама потянула меня за локоть, поднимая со стула, и расстояние между мной и Иваном вновь стало достаточно безопасным, чтобы дышать. — Дима! Что происходит? — Разберёмся, – отец стал подсвечивать пол телефоном, помогая Ивану найти кольцо, укатившееся слишком далеко… Именно в этот момент по спине заскакали знакомые мурашки, и уже через секунду на мою шею легла большая горячая ладонь. Я не дышала, не кричала и не пыталась сопротивляться. Мужская рука двигалась как-то странно, по-хозяйски… Кровь вскипала, бурлила густым киселем, разнося по телу одуряющее возбуждение. Хватка была сильной, рука подрагивала, словно не могла решить: то ли задушить, то ли обласкать… Сильные пальцы уж очень ловко сдвинули ткань декольте, огладили затвердевший сосок и двинулись дальше. Они сминали ткань, растягивали, оставляя на коже настоящие саднящие ожоги. Это было безумие… Я стояла на краю пропасти, позади была опасная тишина, а впереди – бесконечность страсти… Ноги сами сделали шаг назад… Я буквально спиной уперлась в чью-то сильную грудь… Меня словно зажало между бетонных плит, крепкие объятия присваивали, укрывали, ограждали от всего враждебного мира… — Никому не верь, Крошка… Никому нельзя верить… Сухие губы скользили по мочке уха, то и дело обжигая быстрым касанием языка. Это было пыткой! Да меня наизнанку вывернули, вытряхивая дремлющие эмоции. Поджигали и вновь заставляли переживать всё заново. Тело превратилось в тающий уголек, требующий настоящего убийственного пламени! По инерции схватилась рукой за спинку кресла, когда ощутила холод… Он исчез! А зал вспыхнул сотнями бенгальских огней. Водопад искр рассыпался ярким фейерверком, прогоняя тьму и панику. Все взгляды были устремлены к сцене, на которой разворачивалось праздничное безумие. Толпа танцовщиц высыпала в зал, извиваясь между гостями. Они отвлекали, кружили, замыкая вокруг меня бесконечность танца. Пышные перья ограждали, прятали, даря щедрое мгновение паузы… |