Книга Причина развода: у него другая семья, страница 79 – Ария Тес

Я просто мудак.

Около двух лет назад

— …если открыть словарь Даля и найти говно, у него будет твоя рожа.

Морщусь от противного, слишком громкого звука голоса, но глаза не открываю. Я лежу на кровати, закрыв лицо рукой. Мне даже пошевелиться больно, черт возьми…

Голос усмехается. Холодные пальцы касаются кожи, вдавливаются, а через мгновение я ощущаю это отвратительное, болезненное проникновений. Комарик укусил? А то как же.

— Сука, да больно! — рычу, Степа уже в голос ржет, за что получает слабый пинок ногой в боковину, — Мудила.

— Ох, тебе действительно нужна капельница, друг, раз ты так слабо пинаешься…

— Иди…

— Да-да. На хер. Знаю, — он налепляет мне на руку пластырь, который прочно удержит иголку на случай, если я опять захочу его пнуть, а потом отстраняется и вздыхает, — И что за повод?

— М?

— Нажрался до состояния полного невменоза. Почему?

— Ты врач, а не жилетка для рыданий, кажется? Не?

— Для тебя я доктор общей практики и во всех аспектах твоей дурной жизни. Что случилось, Руслан? Потери?

Я знаю, что он говорит о сделках, о бабках, об инвестициях. Наверно, он думает, что я где-то проебался в расчетах и потерял кучу бабла.

Сука, вот бы да…

Морщусь, пока в груди медленно нарастает горькое чувство опасного поворота, в который я непременно не впишусь и вылечу на встречку. Или в овраг. Да, в овраг предпочтительнее или точнее. Или все вместе.

Если честно, я бы все на свете отдал, если бы дело касалось потери в бизнесе. Это все дерьмо можно наверстать легко, а что делать с тем, что я потерял на самом деле? Я без понятия.

У меня были всего одни серьезные отношения. Ее звали Ирэн, и мы вместе учились в Йеле. Если честно, я всегда считал ее своей первой любовью, потому что… собственно, она была моей первой девушкой, и я ее действительно любил. Помню, как каратнуло от одного взгляда, помню как улыбался… точно придурок. Помню, как счастлив был, когда мы съехались.

Но вот в чем беда… когда Алису встретил, вся эта хрень очень резко померкла. Потому что первая любовь...она не такая, как была у нас с Ирэн. Она ни хрена не ровная и не спокойная...она сумасшедшая, неудобная, дикая. Она...Алиса.

Нет, я не хочу принизить наши отношения с Ирэн, потому что они были хорошими, стабильными и здоровыми. Мы довольно-таки похоже мыслили и смотрели примерно в одну сторону. Да и были почти ровесниками. Оба имели свои цели и свои амбиции. Она хотела стать судьей, а в будущем, возможно, и вовсе податься в политику. Я всегда знал, что встану у руля своей компании.

Когда мы начали встречаться, мы не думали, что наши амбиции друг друга взаимоисключают, потому что влюбленные люди считают, будто бы могут обойти все препоны и сплотиться против жестокой реальности. Ну… «мы все преодолеем, мы все победим». Из разряда вот этого сладкоголосого бреда, если вы понимаете, о чем я.

На самом деле, это не так. Когда спадает первый флер, реальность жестоким тараном проходится по всем вашим нежным надеждам, заставляя стать взрослыми очень быстро.

Я думаю, это случилось и с нами.

К концу наших отношений мы с Ирэн уже понимали, что вместе быть не сможем по довольно-таки логичным причинам. Она хочет одного, я другого. Ее жизнь останется в Штатах, моя плотно связана с родиной. Никто не собирается сдавать свои позиции. Никто в этом смысла уже не видел…