Онлайн книга «Причина развода: у него другая семья»
|
Они у него сейчас — твердые и решительные. — Я уже обещал тебе, но если это нужно, буду обещать каждый день. По крайней мере, пока ты не расслабишься и не поверишь: у меня никого не будет, кроме тебя. Потому что я никого, кроме тебя… больше не вижу. Хорошо? Киваю слабо. Рус хмурится, словно сомневается, но… это же правда. Когда он смотрит на меня, я верю. А еще верю, когда он обещает. По крайней мере, сейчас — на сто процентов. Тянусь к нему за поцелуем. Руслан отвечает мне. Нежно. Держит так, словно я его сокровище. Нет, я верю ему совершенно точно. Даже если слова не имеют значения, то прикосновение, дыхание, взгляды — это невозможно сыграть. Мое тело чувствует правду… — Я влюблен в тебя, — она отзывается тихим шепотом на ухо, хриплым, но таким родным, — Я в тебя безумно влюблен, и со мной… Лис, со мной такого не было никогда. Моя… — Я чувствую то же самое, Руслан. Не могу дышать, когда тебя нет рядом… Признания перебиваются поцелуями. Тело ноет. И даже не от вожделения, а от… желания стать наконец-то одним целым. Господи, как я этого хочу… — Сделай это. Я хочу тебя почувствовать, — выдыхаю. Руслан сразу же приподнимает мою ногу, укладывает ее себе на бедро и кивает. Один взгляд — разряд. — Готова? Я киваю. Один толчок — еще один разряд. Совсем слабый отголосок боли, который я почти не чувствую, хотя и подозреваю, что она просто утонула в чем-то другом. Более глубинном, чем простая физика… Это радость и облегчение. Мы соединяемся, и я словно наконец-то могу дышать. — Все… нормально? — шепчет он, я киваю, обнимая его теснее. Слезы стекают и падают на его постель. Слезы… счастья. — Не останавливайся. Я хочу еще… еще тебя, Руслан… Сейчас Set Fire to the Rain — Adele Я не знаю, почему вспоминаю эту ночь. Сейчас. Здесь, на обрыве гребаной жизни и с ним, вонзившим мне нож в спину. За спиной. Руслан обнимает меня крепко и шепчет: — Мы едем домой. Сейчас. Внутри все сжимается от боли. Наверно, я вспоминаю ту ночь, потому что сейчас она кажется особенно жестокой насмешкой. И как любой раненый зверь в агонии, больше всего на свете я хочу… сбежать и зализать свои раны без него. Без хозяина этих самых ран. Накатывает ярость. Дело даже не в фирменном вольто-тоне, а в том, как пренебрежительно он сейчас топчет мои воспоминания, которые я так бережно хранила. Словно они не значат ничего! И так бесит, что я продолжаю, несмотря ни на что, думать, что они что-то значат… Меня в эмоциональном плане либо качает, либо люди действительно слишком сложные. Причин всегда больше, чем одна? Однако… мы как слоенные торты даже в боли. Вонзаюсь ногтями в его ладони, давлю. Мне так хочется причинить ему боль, но Руслан стоически терпит. Молчит и даже не дергается. Тогда я рычу: — Убери руки. — Алиса… — Я сказала! Убери руки! Рвусь. Отпускает. Вау… вы посмотрите, какая зая. Прямо добродетель. Резко оборачиваюсь на него, готова в морду вцепиться. Честно слово. Меня потряхивает от спокойствия на его лице, от готовности переть до конца! И словно плевать. На все! Он просто идет к своей цели, как обычно, снося все на своем пути. Гандон! — Думаешь, можешь так со мной, да?! — рычу, смаргивая тупые слезы, — Приехал, приказал, а я и побежала? — Не побежала, — спокойно отбивает он, склонив голову вбок, — А поехала с комфортном до аэропорта, где нас ждет мой джет. |