Книга Причина развода: у него другая семья, страница 103 – Ария Тес

Как будто что-то внутри, понимаете? Глупое и наивное. Оно бьется еще, хотя его и задавило обломками розового замка — оно там под завалами собственной души бьется и просит о помощи.

Этому чему-то нужно что-то настоящее…

Алена стоит ко мне спиной. Я замечаю, как она мнет свои пальцы, разглядывая картину над камином. На самом деле, не думаю, что это действительно так. В смысле… она была в нашем доме миллион раз и уже миллион раз видела этот гребаный пейзаж, который мы с Вольтом купили на закрытом аукционе.

Я знаю, как это звучит. Довольно-таки пафосно. Даже учитывая, что я замужем за таким человеком, так и получается. Никуда не денешься. Да, тот факт, что мы с мужем были на закрытом аукционе, где продавали всякие там древности — уже похоже на какое-то слишком уж уродливое клише, но! Это не то чтобы оправдание, однако стоит отметить, что мы попали туда совершенно случайно. Аукцион проводил старый друг Вольта, которого мы встретили в Мадриде. Он пригласил его, так как… ну, не буду скрывать. Обладать «всякими древностями» — какой-то прикол богачей. Они все помешаны на чем-то. Вольт не исключение, но он не коллекционировал картины или статуэтки. Он любит драгоценные камни, притом… чем больше, тем лучше. Так у него в коллекции имеется сапфир весом почти в триста килограмм, а еще есть огромный рубин почти сорок три карата. Его друг тогда сказал, что на торгах будут выставлять то, что ему очень понравится.

Это стало правдой.

На торгах действительно выставляли кое-что, отчего мой благоверный пришел в восторг. Только это был не камень, а мои ноги. А потом я. В части здания с пометкой «staff only».

Я не хочу вспоминать тот вечер, потому что это был очень хороший вечер. Сейчас все хорошее причиняет мне боль — все, что связано с ним… на части и наотмашь.

Пару раз моргаю в надежде сбросить цепи удушающих воспоминаний, а потом и вовсе делаю шаг. Страшнее тут — в темноте коридора. Ведь я слышу тихий шепот на ухо, а еще привкус горячего воздуха Испании…

«Я люблю тебя… черт, я тебя так люблю, маленькая…»

— Зачем ты приехала?

Не сразу доходит, что в попытках сбежать, я произношу слова, которые будто бы и не мне принадлежат. Я ежусь даже! Ведь это не мой голос. Он настолько холодный, что я его не узнаю.

Алена резко оборачивается. По расширенным глазам понимаю, что и она меня узнала с опозданием. Скорее всего, чисто сопоставив лицо и звук — иначе никак. Потому что это не я. Вообще не я…

— П… привет, — слабо улыбается она.

Сжимаю себя руками, но почему-то знаю, что со стороны это не выглядит как акт слабости. Я держу спину ровно, лицо под контролем. Бровь чуть взлетает, а на губах ухмылка: нет, я не выгляжу слабой. Скорее всего, я, наоборот, сейчас отталкивающе-сучий кошмар на ножках.

Ну… судя по выражению ее лица, так точно.

— Я задала тебе вопрос, Алена: зачем — ты — приехала?!

Она знает.

Мне не нужно копаться в обрывках собственных воспоминаний, чтобы выдернуть все ее выражения лица и сопоставить с реальностью, которая моментально догоняет и поддает жара внутренним кострам. Алена знает. Я это определяю сразу. Безошибочно и точно — она в курсе.

— Я… хочу поговорить с тобой.

Тело прошибает разряд тока. Если честно, оно покрывается липкой испариной, но, опять же, эту жемчужину я оставлю исключительно для себя. Этого не видно. Она глупо закрыта в моих собственных объятиях, которыми я тихо себя поддерживаю, защищаясь от всего мира.