Книга Заберу твою боль, страница 93 – Лина Коваль

— Интересно. А ты из тех блаженных, кто верит, что «у самурая нет цели, а только путь»? Так это для наивных идеалистов, Эмилия. Я не такой.

— Я из тех, кто верит в любовь, Ренат, — тихо останавливаю его внутреннюю философию и тянусь к бокалу, как к допингу. Мои кошки от аромата мужской туалетной воды снова раздурелись, сердце схватывает болью. Я себя заставляю выдавить следующие слова: — И… для моего мужчины, вне зависимости от его возраста, важнее должна быть я!

Уголки жестких губ еле заметно кривятся, а широкая ладонь перехватывает ножку бокала и возвращает его на столешницу.

— Тебе уже хватит, — четко произносит и снова наступает. — Ты зачем-то складываешь все яйца в одну корзину, моя девочка. Да, на службе у меня есть определенные задачи, но тебя я с ними давно не связываю.

— Учитывая, что ты обеспечивал мою охрану вплоть до окончания концертного тура, звучит забавно…

Откуда столько обиды в голосе, Эмилия?

— Охрану я снял еще в октябре. Гастроли — моя личная инициатива… — он неохотно сообщает. — Я… был в отпуске.

— Ты? В отпуске? — усмехаюсь. — А я агент ФБР под прикрытием. Представляешь?

За кого он меня принимает?

На едкий сарказм, приправленный юмором, Ренат никак не реагирует. Все еще хмурится и серьезно, с привкусом нежности продолжает:

— Ты хотела откровенно поговорить. По-взрослому. Я тебе рассказываю: того, что ты напридумывала в своей милой головке, и близко нет. Я над тобой не смеялся и никому бы не позволил. Не хотел тебя обидеть и никто бы в моем окружении этого сделать не посмел…

— То есть это не ты составлял то письмо?

В потемневших глазах мелькает сожаление, но оно едва уловимо. Дальше — только решительность.

Тонна самоуверенности от Рената Аскерова.

— Его составлял я…

— Вот видишь, — отбрасываю пуховку и смотрю в отражение, как отрицательно мотаю головой, когда оказываюсь зажатой между тумбой и пышущим жаром мужским телом.

Я стою к зеркалу лицом, Ренат — в профиль.

Мой красный торжественный шелк так идет его черному строгому костюму. Идеальное комбо.

— Это был ты… — пытаюсь сдвинуть Рената с места плечом, рукой и бедром. Последнее ровно упирается в раздутый пах.

Аскеров снова нависает надо мной, склоняется и упирается лбом в мой висок.

Окольцовывает руками, а я пропадаю.

Он снова выше, а моя любовь к нему сильнее.

Сильнее гордости и здравого смысла?

Сильнее всего?

Воздух в прихожей становится густым и тяжелым, словно кто-то пустил в него газ, замедляющий все психомоторные реакции. Картинка в голове не переключается. Это неимоверно сложно — оттолкнуть его.

Такого… напористого.

Мне безумно хочется быть ровно в том месте, где я нахожусь сейчас. А именно: окруженной Ренатом Аскеровым со всех возможных сторон. Зрение, обоняние, слух, тактильные ощущения — все в его неоспоримой власти.

— Не буду тебе врать, Эмилия. Я ведь не в детском саду работаю, ты знаешь. Я вот это все… — жадно забирает воздух с моих волос. — Вот это все не планировал… За шесть лет мы оба изменились. Ты вела себя… мягко говоря, глупо и могла навредить всем нам. Я быстро нашел способ это исправить. Так, как умею…

— Я испугалась.

— Знаю, — нежно целует в плечо, обжигая его своим дыханием. — Ты и должна была испугаться.

— Я тебе не доверяю, Ренат.