Книга Заберу твою боль, страница 55 – Лина Коваль

— Я бы справилась, Ренат, — недовольно замечаю, следуя дальше. — Больше так не делай!..

— По ситуации!..

Автоматические двери передо мной открываются, и я оказываюсь в светлом тамбуре. Единственный туалет занят. Повернувшись к окну, игнорирую короткие взгляды из вагона и прячу хмурое лицо за вертикальной перекладиной.

Что он себе позволяет?..

— «По ситуации», — передразниваю и деловито складываю руки в замок на груди.

Поезд трогается. Медленно, еле-еле набирает ход под мимо пролетающим, первым московским снегом этой зимой.

Я смотрю на провожающих. Кто-то из них прощается взмахом руки, кто-то — уходит сразу, не глядя и не оборачиваясь нам вслед.

Только одна девушка в легком плаще не по погоде, совсем молоденькая и заплаканная, бежит по перрону. Что-то кричит.

Зрелище душераздирающее, но очень терапевтическое и исцеляющее.

Я смотрю на нее и молюсь всем Богам. За нее же.

— Все пройдет, моя милая. Ты только держись!.. — шепчу, легко вздыхая и прислоняюсь к холодному стеклу лбом. Перрон заканчивается. Девушка закрывает лицо руками. — Все пройдет!.. Поезда всегда возвращаются!..

Маршрут по нашей замечательной стране, в основном, выстроен с позиции здравого смысла.

Мы добираемся до Ростова на поезде, все декорации приезжают в арендованной фуре, а затем несколько дней путешествуем на микроавтобусе.

Волгоград, Казань, к концу первой недели прибываем в Самару, где планируем дать концерт в местном «Дворце спорта».

Все билеты давно выкуплены.

Искра в очередной раз показывает себя настоящим профессионалом.

Я вообще сильно ей горжусь. Гордиться собой — как-то нескромно, а вот подругой — самое оно! Везде, где мы оказываемся, нас ждут со стопроцентным выполнением заявленного райдера. Организаторы предоставляют недостающее оборудование, просторные гримерные, охрану мероприятия, которая, правда, всегда не очень устраивает Рената, поэтому эту часть забот он берет на себя, чем неимоверно раздражает Искру.

Я даже вижу в ней что-то вроде ревности, поэтому не обижаюсь и на все претензии отвечаю спокойным тоном. По-дружески.

«Да, Ренат может позволить так себя вести, потому что он профессионал и я ему доверяю».

«Да, мы будем требовать выполнение всех наших условий, и чтобы нам выделяли дополнительный персонал, потому что от этого зависит не только моя безопасность, но и людей — моих поклонников, которые доверились нам настолько, что пришли на концерт и потратили целый вечер, а Аскеров не из тех, кто просто так сотрясает воздух. Надо, значит надо».

Все мои увещевания, кажется, не проходят даром и к третьему концерту Искра реагирует на прямые, но вежливые просьбы Рената с выражением насмешливой снисходительности на лице.

Что же касается наших с полковником личных отношений…

Их просто нет, потому что быть не может.

После эпизода в поезде, я больше не провоцирую наши телесные контакты. Всеми способами их избегаю. Даже малейших. Стараюсь выйти из машины первой, чтобы у него не было возможности подать мне руку, слежу за дистанцией, когда он идет рядом, и всегда отпускаю ручку чемодана, прежде чем до нее дотронется его ладонь.

В девятнадцать я пыталась всячески завоевать внимание взрослого мужчины. Скандалами, откровенными нарядами, своим телом, которое он боготворил. Мои методы были жестокими и целенаправленными. Хотела любви Рената, стать для него единственной. Первой. Таким способом удовлетворяла эту потребность.