Книга Заберу твою боль, страница 16 – Лина Коваль

— Так все-таки? — Стас косится на Всеволода и Алексея. — К тебе их отец приставил?

— Нет, — мотаю головой и еще раз непонимающе смотрю на друга.

Зачесанные назад светлые волосы немного влажные от тренировки. Это удивительным образом подсвечивает широкие грубоватые скулы.

— Ты правда ничего не знаешь? — интересуюсь чуть тише.

— Нет. А что я должен знать?

— Да так, — пожимаю плечами.

Стас поступил на службу в Управление сразу после окончания учебы в МГУ, но работает в научно-техническом отделе, занимающимся защитой информации и спецсвязью, поэтому вполне возможно, что об отце он ничего не знает.

— У тебя какие-то проблемы, Эмилия? Кто-то обижает? — его взгляд становится жестким, цепким.

— Нет, блин. Я сама кого хочешь обижу, — беру его под руку.

— Это точно, Пенелопа, — он тяжело вздыхает, назвав меня старым прозвищем.

Мы уже подходим к моему дому — новенькому жилому комплексу, где я арендую огромную квартиру в двести квадратных метров.

— Почему ты мне не сказал, что Ренат вернулся? — все-таки решаюсь спросить, открывая калитку электронным ключом.

— А почему я должен был сказать? — Стас придерживает дверь.

— Я думала, мы друзья...

— Мы не друзья, Эмилия, — произносит он спокойно.

— А кто же?

— Я подкатываю к тебе яйца и жду, когда ты поймешь, что мы созданы друг для друга.

— Ах вот как, — смущаюсь. — А я надеялась на дружбу.

— Дружба в нашем случае как безалкогольное пиво. Вкус вроде тот же, а вообще — ни о чем.

— Ну хватит, — хихикаю. — Я скоро замуж выхожу.

— Никогда бы не подумал, что буду завидовать задроту-юристу.

— Эй, это обидно звучит. Глеб не задрот. Он умный, понимающий и добрый. Если ты будешь его обижать и говорить о нем в подобном ключе, мне придется отменить наши понедельники.

— Ладно-ладно. Никто его не трогал, Эми. Поворчать нельзя.

— Поворчать можно, просто не на тему Глеба, — я умиротворенно вздыхаю.

— Если серьезно, то говорить про Аскерова специально не стал. Во-первых, ходят слухи, что он в любое время может вернуться туда, где был. Во-вторых, что-то тут нечисто…

— Что ты имеешь в виду?

— Из таких командировок так быстро не возвращаются. Еще и звание дали. Очередное, но все же…

— Чисто из любопытства, — сразу предупреждаю, — ты можешь навести справки, зачем он вернулся?..

— Теоретически могу. Земля слухами полнится, — утвердительно кивает Стас. — Только если поцелуешь, — пальцем указывает на щеку.

— Да легко, — смеюсь и, приподнявшись, быстро целую.

К концу недели слабость, беспокоившая меня еще до концерта, но на которую в связи с загруженностью приходилось не обращать внимания, возвращается вместе с легким недомоганием и кашлем.

Организм будто расслабился и… окончательно сдался.

Глеб настаивает на полном обследовании, я прохожу его по совету Анны Константиновны в Кремлевской больнице. Во-первых, там работают отличные специалисты, моя будущая свекровь им точно доверяет, а во-вторых, информация из подобного рода учреждения вряд ли попадет в интернет-паблики, что так любят трясти грязным бельем.

На голосовые связки болезнь тоже влияет: в горле постоянное ощущение скованности и першит. Все запланированные мероприятия и концерты приходится отменить, у Искры из-за этого появляется много хлопот.

А еще подруга сильно за меня беспокоится, потому что два года назад после такой же рядовой ОРВИ, а вернее, ее осложнений, талантливой выпускнице Гнесинки пришлось закончить едва начавшуюся карьеру.