Книга Пуанта, страница 98 – Ария Тес

Фырчу про себя, ершусь, а он только шире улыбается, словно непробиваемый какой-то — бесит. И все равно ведь его слушаю… Каждый раз, когда мы проезжаем мимо очередного, маленького городка, Макс мне о нем рассказывает. В одном, например, есть лучшая винодельня на всем острове. В другом есть загадочные пещеры с письменами на стенах, а в третьем, прямо в его центре, огромный фонтан «желаний».

— …Говорят, — тихо рассказывает он, выдыхая дым в открытое окно, — …Что он работает не так, как обычно.

— То есть?

— Не монетку бросать надо, а жертвовать цветы. Его построили в честь богини любви Афродиты, а ей не нужны деньги. Цветы. Любви всегда нужны цветы…

Какой-то странный намек, и я кошусь на него, а когда ловлю взгляд своим — смущаюсь внутренне, внешне же держу оборону и отворачиваюсь с театрально-громким цыком. Макс посмеивается. Нет! Его чертово настроение ничего не может испортить!

Я правда теряю интерес к попыткам достаточно быстро, дорога все таки утомляет. Где-то на середине пути меня вовсе затягивает мягкость сидений, и я погружаюсь в легкую дрему, которая плавно перетекает в самый настоящий сон. Ночь то у меня была еще какой! После врача, который пусть меня и успокоил, подтвердив слова родителей об акклиматизации, но все равно… Я просыпалась каждый час, чтобы проверить сына, не смотря на то, что температура быстро спала, а на утро он был, как ни в чем не бывало — бегал, смеялся, будто и не было ничего.

— Амелия… — мягко зовет голос, касаясь руки, — Просыпайся, мы приехали.

Я открываю глаза и не сразу понимаю, где мы. Дрема не отпускает, она до конца так и не отходит в сторону, даже когда я выхожу из машины. Катания встречает нас приветливо и горячо: на улице дико жарко, не смотря на мой легкий наряд, слепит солнце, а толпа будто множит жар. Народу просто тьма. Много туристов, которые улыбаются и фотографируют все подряд, но также много местных — они быстро говорят на итальянском, спешат, а кто-то и наслаждается прекрасной погодой — наверно, выходной.

— Прогуляемся? Но сначала… — спрашивает Макс, потом смотрит по сторонам, будто что-то ищет, — Да. Нам вон туда.

— Куда?

— Хочу сводить тебя в один ресторанчик. Там лучшие в городе Аранчини[5][Аранчини — всем известные жареные шарики из риса, фаршированные мясным соусом, однако только сицилийцы знают, что есть различные версии закуски: с мясным соусом, шпинатом, баклажанами, ветчиной, и т. д. и т. п..].

— Охотно верю.

Макс берет меня за руку так нагло, что я не сразу это сращиваю, а потом как-то вырываться неловко: вокруг толпа людей, и мне совсем не хочется устраивать сцену, чтобы на нас все глазели. Так что я покорно бреду следом, понурив голову, периодически поправляя шляпку. Мне ее тоже всучили насильно, право слово, чтобы «не напекло». Конечно такая забота меня смущает, но я ловлю не меньшее удивление, когда мы останавливаемся напротив небольшого ресторанчика.

Он не помпезный, у него явно нет Мишленовской звезды и средний чек не достигает размеров месячной зарплаты, что странно. Для человека, который так сильно любит роскошь и пыль в глаза — это странно. Макс считывает мою растерянность и, усмехнувшись, открывает передо мной дверь.

— Удивлена?

— Да. Не думала, что ты замечаешь такие места. С высоты своего самолюбия.