Онлайн книга «Цугцванг»
|
— Прекрати смеяться, ты сжимаешься, и я сейчас кончу. — Разве не в этом смысл? — Ну нет, малыш, только после тебя…или вместе с тобой. Мне так тепло на душе сразу. Я смотрю в его настоящие глаза, тону в них, но не боюсь, а улыбаюсь в ответ. На душе так тепло, как будто я дома, и я понимаю, что больше всего моему телу нужна не разрядка, которую оно так просит, а он. Мое тело хочет именно его и как можно больше и чаще, а сердце стократно вторит… Глава 17. И на солнце есть пятна. Амелия 18; Декабрь Если честно, я теряюсь в пространстве и времени. Мы положили начало чему-то дикому и необузданному, растворились в друг друге, и я почти уверена, что дело в доме и воспоминаниях, что он хранит и будет хранить всегда. Как и раньше все, что мы делаем — это любим друга друга, а остальное неважно. Сейчас мы делаем это на пушистом ковре перед камином, как во всех пошлых, взрослых фильмах — плевать. Он с боку, обнимает меня одной рукой, вонзив пальцы в грудь, которую сжимает с силой. Второй, больной, он все равно до боли стискивает талию и плевать, что она у него больная. Сейчас точно. Он входит в меня медленно, плавно, хрипло дышит, целуя и кусая плечи, а я прикусываю его пальцы. Меня все устраивает. Абсолютно. Потому что хорошо мне тоже абсолютно… Но всему приходит конец, по-другому и не бывает. Лежа все там же на мягком ковре у камина, я смотрю на огонь, мерно глажу его волосы на руке, и молчу. Вокруг нас тишина, но за этими стенами взрываются петарды, и как бы мы не хотели спрятаться — это нереально. Макс не спит, наверно тоже понимает, что больше не осталось времени, а разговор, который дозревал, уже нельзя игнорировать. Наверно, нам обоим страшно в какой-то степени: он боится сказать не то, что я хочу услышать, я боюсь услышать не то, что хочу, чтобы он сказал. Это замкнутый круг, но остаться тут навсегда, как бы классно не звучало, не вариант — его нужно разорвать. Все слишком далеко зашло… — Как вы познакомились с Лилианой? — задаю вопрос тихо, не поворачиваюсь, но слышу и ощущаю, как он сверлит взглядом. «Кажется, я зашла не с того конца…» — Злишься, что спросила? — Не знаю. Зато честно. В глазах собираются слезы, я ведь снова чувствую себя глупо и какой-то заменой основному блюду, продуктов для которого просто не оказалось в наличии. «Теперь придется довольствоваться тем, что есть…» — В парке. Тогда я думал, что это случайность. — Расскажешь или мне надо задавать вопросы каждый раз? Снова молчит, а потом и вовсе вытаскивает из под меня руку и садится. Я поворачиваюсь на спину, прикрывая грудь пушистым пледом, наблюдаю за тем, как он зажигает сигарету, а сама теряюсь. «Может и вовсе не стоило?! Жила бы себе прекрасно в розовом замке своих грез, нет, правду ей подавай!» — «А как иначе то? Разве можно вечно закрывать глаза на слона в комнате?…» Склонна согласиться со вторым утверждением. Нет, нельзя. Особенно, когда слониху зовут Лилиана, и она твоя сестра. Возможно и он это понимает, потому что вместе с сигаретным дымом, Макс тихо начинает рассказывать. — Матвей с детства очень любил рисовать, это ему досталось от отца. — Серьезно?! — невольно перебиваю, расширив глаза, в ответ получаю смешок и пару кивков. — Серьезно. Отец в юности мечтал стать художником, но, сама понимаешь, в СССР это не считалось профессией, тем более при таком деде, как наш. У него была единственная дорога… |