Книга Все ради тебя, страница 60 – Ария Тес

Лиза; сейчас

Сколько я уже выпила? Без понятия.

После четвертой бутылки шампанского мне уже вовсе не до счета.

Вокруг все кружится.

Я как будто на карусели, и лица, сменяющие друг друга по мере того, как вечер становится еще более томным, мне не нравятся. Они похожи на маски, на оскалы.

Представители местной фауны становятся развязней и смелее. Музыка громче. Свет глуше.

К Паше валят знакомиться. Он достаточно активно со всеми общается, но это больше похоже на обнюхивание, и мне совсем неинтересно. Кажется, к столу только что подошел Егор Ревизов. Если честно, я планировала побесить им Адама — хотела как-то подстроить нашу «встречу», возможно сходить на свидание, чтобы уколоть! И вот тебе шанс! Бери! Он здесь! Но мне насрать.

Черт возьми, мне так похеру на него — я смотрю на Адама.

Сай и Катя уже ушли. Она подбежала к нам попрощаться, обняла Глеба, обменялась парочкой теплых фраз, одарила Пашу саркастичным взглядом за его выходку с машинкой, потом ушла с мужем.

А он остался.

Они с Али сидят и без устали что-то обсуждают. Может быть, очередную, блядь, гениальную бизнес-идею, которую никогда не воплотят в жизнь, потому что Адам не уйдет из компании отца. Ни за что! Хотя иногда мне казалось, что он этого очень хочет. Будто, знаете? Тебя заставили носить костюм, который тебе везде жмет, но ты продолжаешь натянуто улыбаться, ведь это правильно.

Так нужно.

Кому, правда, нужно? Никто в душе не ебет, но нужно. А значит — прем.

Это печально, наверно, но тоже похер.

Я наблюдаю за тем, как его окружают модели и злюсь.

Опять эти бабы…

Клянусь, я буквально кожей чувствую каждый их взгляд. Он словно раскаленный хлыст проходится прямо по душе. И разговорчики…я слышу их сердцем, пусть не физически — и желаю, чтобы однажды кто-то посадил всех этих сук на одну, надувную лодку, а потом толкнул ее в открытый океан. И все. И нет проблем!

Проблемы, конечно же, есть и так просто от них не избавиться, да и суть то не в бабах!…но я об этом сейчас тоже не думаю.

Только о приближении к нему длинных ног и грязных пальцев, от чего сердце мое отчаянно воет. Он их не замечает вообще, только иногда смотрит на меня, как будто проверяет. Чего ты высматриваешь?! Козел. Как же я тебя ненавижу…

Хочется рыдать.

Я дошла до той стадии алкогольного опьянения, когда мне хочется рыдать! А он дошел до той стадии, когда хочет секса. Чувствую это через весь зал еще через…сколько? Полчаса? Час? Время бежит странно, и я его совсем не чувствую.

Хоть что-то я сейчас не чувствую, да? Забавно. Хоть что-то для меня эфемерно.

А теперь он встает. Его немного шатает, но он слегка усмехается, глядя на Али. Что-то говорит. Ты уходишь? Ты уже уходишь? Пожалуйста, останься…

Господи, как же я хочу его обнять.

Быть рядом.

Чувствовать…

Но он уходит.

Я выдыхаю с облегчением, когда вижу, что его пиджак остался висеть. Значит, скорее всего, в туалет.

Слава богу.

Нет, стоп, рано радуюсь! Следом встает Настя. Эта чертова сука, которая положила глаз на моего мужчину! И я, клянусь, знаю, что она здесь из-за него! Сразу так и подумала. Сразу сказала. А теперь получаю нежелательные подтверждения.

Твою мать…

— Сейчас вернусь, — кидаю Паше, иду следом.

Меня шатает не слегка. Чуть не валюсь на официанта, и он что-то говорит мне, мол, нужна ли помощь? Блядь, нет. А вот кое-кому она точно пригодится! Вырву все эти странные волосища к чертям собачьим! Я убью ее! Отвечаю!