Книга Измена за изменой, страница 5 – Ария Тес

Бутылка тут же пропадает из зоны моей видимости, стук донышка отдается эхом. И снова тишина. Адам смотрит на меня, как только он умеет - твердо, сильно. Так что пошевелиться сложно. Так, чтобы до меня дошло, в каком он гневе. Чтобы я не обманывалась тихим голосом дальше…

— Что ты здесь делаешь, Елизавета?

Когда он злится, он всегда называет меня полным именем, и я всегда ежусь. Сейчас не исключение.

— Хотела узнать, какие дела на этот раз у тебя появились.

— Как ты попала в номер?

— Пароль от твоего компьютера - все еще равен нам, - смотрю ему в глаза.

Это сложно. Они у него чернее черной дыры. Самой черной-черной дыры! Чтоб ее…и также засасывают в себя.

Покоряют.

Метят.

Не дают дышать.

Влюбляют.

Я же люблю его до сих пор. Безумно. Дико. Страстно. Иногда мне страшно, что вечно…Говорят, время обязательно вылечит все, что тебе причинили, но это не так.

Я знаю, что он мне изменяет, но это до сих пор адски больно. И я до сих пор его люблю. Ненавижу, но люблю. При этом близость его выносить сложно. Вся моя душа чувствует, как запах его сладковатого, загадочного, дорогого парфюма смешивается с этой вульгарной дешевкой, и готова сдохнуть.

Мне нужен воздух.

Поэтому встаю, отхожу к окну и сжимаю свои плечи. Хмыкаю.

— Марианна, значит? Неплохой выбор. Сегодня она была хороша.

— Прекрати… - глухо шепчет, на что из меня рвется разломанный смешок.

— Ее трусики валяются на полу. Непорядок. Беречь надо свое белье, хотя ты, наверно, всегда сможешь купить ей магазин этого белья, поэтому…

— Елизавета!

Адам в два прыжка оказывается рядом и резко разворачивает меня на себя. И казалось бы, я не должна чувствовать его касаний, но я чувствую.

И они меня убивают.

А я стою стойко. Не пытаюсь вырваться. Даже больше! У меня выходит смотреть в его глаза с больным безразличием. Оно отталкивает Адама. Я уже это поняла и пользуюсь на все сто процентов: слезы, истерики - это не та карта, которую нужно разыгрывать. Заранее провальная схема. Так он думает, что у него есть шанс убедить меня в правильности собственных идей, в своих принципах. Так он видит лазейку в мое сердце.

Адам и так там, но ему необязательно это знать. Безразличие - вот мой щит. Один из них.

— Здесь красиво, - шепчу тихо, муж морщится, ничего не говорит.

А я продолжаю на него смотреть и думать…что же творится в твоей голове, Адам?

Но он закрыт от меня. Я его больше не чувствую…

— Езжай домой, - хрипит и отходит на шаг, чтобы дать мне пройти, - Потом поговорим.

Не поговорим, и мы оба это знаем. Мы уже давно не говорим. В этом нет смысла…

Киваю и отстраняюсь от окна, и пусть волна боли снова меня топит, но я только теснее сдавливаю сумку, сжимаю ее лямку в кулак и роняю.

— Извини, что помешала.

— Лиза…прекрати.

Звучит устало. Знаю, что я его утомила. Знаю. Ты меня тоже. Так давай разрубим этот гордиев узел! В чем проблема?!

Но я этого не скажу. Вся злость, все эмоции, глубоко под слоем мишуры закопаны. Мне нельзя их показывать. Если начну - он быстро сообразит, что ситуация, увы, представляется несколько иначе, чем видно с его девяносто девятого этажа.

Терпи.

Однако терпеть довольно сложно, и я роняю небрежно.

— Кстати, не волнуйся, - усмехаюсь, - Твоя убогая жена исчезнет через черный выход, чтобы тебя не позорить. А то даже администраторы насмехаются…