Книга Измена за изменой, страница 4 – Ария Тес

М-да…в таком виде ты не попала бы ни на один подиум, дорогая. За то что? Не пришлось бы и дальше прятать свою истинную суть и назначение. Ты животное, Марианна, и твои волосы, как поводок, Адам наматывает на кулак и держит, как животное.

Хотя он сам животное.

Как отбойный молоток, Адам двигается быстрее и быстрее. Яростно. Рычит. Хрипит. Откидывает голову назад. Я вижу, как капля пота стекает от виска по широкой, крупной шее. Она по-привычному колючая там, где нервно дергается кадык. Я люблю ее целовать. И спину, на которой мышцы бугрятся под кожей цвета кофе с молоком. От нее, кстати, и пахнет, как от кофе с молоком. Ненавижу кофе с молоком, но невольно по мне рассыпаются мурашки.

Адам - невероятно красивый мужчина. Он просто чертов Бог! И это так несправедливо…потому что Боги жестоки. Да и как забыть Бога? Особенно какой-то жалкой смертной…мы ведь из разных миров: сиротка и охренеть-какой-большой-начальник. Нефтяник. А я просто дура. Нет, ну правда…на что я рассчитывала?

Задаваясь этими вопросами, я не сразу соображаю, что больше не слышу голоса мужа. А когда пару раз моргаю, вижу, что он остановился и смотрит на меня через отражение зеркального потолка. Тоже пошлость и грязь, хотя чего удивляться? Ты - олицетворение порока и грязи, дорогой. Как бы мне хотелось понять тебя, правда, но…чужая душа - потемки, а твоя самые сумрачные из них.

Поджимаю губы, чтобы не зарыдать, прикусываю изнутри щеку. Цепляюсь за дверной косяк, чтобы не рухнуть.

Ох, Елизавета Андреевна…плевать вам? Готовы? Ну да, ну да. А то как же…

Настырная слеза опять прорывается наружу, и я быстро стираю ее, тихо всхлипываю и разворачиваюсь обратно, слышу:

— Это что? Твоя убогая жена только что была? - с нотками презрения.

Да, Марианна. Это я. Прости.

— ...Рот закрыла, вонючая сука! - рычит Адам, - И не смей выходить!

Меня тянет посмеяться, когда я присаживаюсь на краешек дивана. Вы посмотрите. Он меня отстаивает…как нелепо!

Тихие шаги. Стук двери о короб. Шлепание босых ступней о мрамор.

Я всем телом чувствую его приближение, но не поднимаю глаз. Кручу по привычке кольцо с огромным бриллиантом, которое он подарил мне, чтобы я совершила самую большую ошибку в своей жизни.

Некоторое «да» исправить просто. Некоторое нет. А для того чтобы скинуть ярмо третьего «да» нужно извернуться так, что в хребте непременно затрещит. Последний случай - мой.

Адам не хочет давать мне развод. Но я надеюсь, что сегодня, на исходе тринадцатого месяца моего безмолвного противостояния, я наконец-то его получу.

Он стоит прямо напротив меня и молчит. Я тоже молчу. Что тут скажешь? Тринадцать месяцев назад я устроила скандал. У меня случилась мощная истерика. А потом состоялся разговор, в котором мне объяснили, как мы теперь будем жить.

Не хочу об этом вспоминать.

И о том, как просила развод спокойно - тоже.

Адам отказался. Он отказывался долгих тринадцать месяцев, и чтобы я не пробовала - отказывается даже сейчас.

Я это чувствую. И это дико раздражает, но я не даю себе открыть рот и спросить: почему?! Твою мать! Почему?!

В этом нет смысла. И это разрушит легенду.

Поэтому я усмехаюсь тихо и смотрю на бутылку вина.

— Мое любимое. Угостишь?

Адам шумно выдыхает.

— Ты на антидепрессантах. Тебе нельзя пить.