Книга После развода. Самая красивая женщина, страница 20 – Ария Тес

— А кто оплатит все мои силы, которые я в тебя вложила, а?! Все мою поддержку?! Заботу о тебе, гнилой ты человек! За мою любовь! Да кем бы ты был без меня?! Ничтожество!

Знаю-знаю-знаю. Меня несет. Но, черт! От такой несправедливости и гадливости. От мерзкого чувства себя использованной и в хвост, и в гриву…я просто не могу! Не могу сдержаться!

И знаете, что я получаю в ответ? Максимально циничное слово, которое расставляет все по своим местам.

— Проценты, Анна.

Вот так. Проценты. Проценты, Анна…до свидания.

— Ты…ты просто подлая тварь! Гандон! Ублюдок! Проценты?! Да пошел ты в жопу! Засунь их своей потаскухе в глотку! Тварь!…

Что я орала дальше, одному Богу известно. К концу моей тирады, где я высказала Глебу еще тонну оскорблений на уровне ультразвука, у меня даже в горле першило.

Он не ответил никак. Только тихо вздохнул и попросил «подумать» и все-таки подписать бумаги, которые он прислал с курьером.

Я сбросила. Какие такие бумаги?! Буду выяснять уже у мамы, а с этим куском дерьма мне говорить больше не о чем!

Вылетаю из библиотеки, а потом буквально бегу на первый этаж. По пути, конечно же, поскальзываюсь и чуть не валюсь с лестницы, только мне наплевать. Я поднимаюсь моментально и продолжаю свое «увлекательное путешествие», а когда добираюсь до кухни, с порога рычу:

— Где бумаги, мама?!

— Что?

— БУМАГИ! КОТОРЫЕ! ПРИСЛАЛ! ЭТОТ! МУДАК! ГДЕ ОНИ?!

— Господи, Аня, что случилось?

— ГДЕ?!

Мама растерянно моргает, а потом подходит к окну и снимает с него желтый конверт, который я кромсаю, как бешеный росомаха.

Через мгновение я понимаю, что за бумаги. Простым языком? Это отказ от бизнеса. От своих законных прав! Он больших денег, взамен чего я получу тоже немаленькие отступные, конечно, а…и еще ж машину! И собственную квартиру! С поклоном!

— Сука… - от злости я так сильно впиваюсь пальцами в листы А4, что он под ними просто мнется.

А я мечтаю, что на их месте оказался бы Глеб и его подлая морда!

— Аня? - тихо зовет мама, я на нее взгляд бросаю и быстро шмыгаю носом, некрасиво вытерев его запястьем.

— Он хочет, чтобы я отказалась от бизнеса!

Еще пару мгновений тишины, за которыми следует аккуратный, но, как по мне, все равно тупой вопрос.

— И это…проблема?

— А ты не видишь проблемы?!

— Ань…

— Что, мам?! - ору, отшвыриваю бумаги в сторону и сбиваю ими бедную сахарницу, которая с грохотом падает на пол.

Потом уберу.

Пока у меня есть дела поважнее. Я жестко смотрю на маму и шиплю.

— Ты считаешь, что все нормально, так? Что я заслужила быть отюзанной и в хвост, и в гриву?!

— От…юзанной? Что это значит?

— Использованной, мама! Мало того что эта тварь мне изменяла, так теперь он еще хочет ощипать меня, как курицу перед обедом! И ты не видишь в этом проблемы?! Что за херня?!

Часто дышу, а мама молчит. Потом она вздыхает тихо, присаживается и собирает листы с пола, кладет их на стол и наконец-то смотрит мне в глаза.

— Ты хочешь честно, Ань?

— Что? - цежу сквозь зубы, мама жмет плечами.

— Пусть забирает.

— Мама, господи!

Не могу! Что за тупость?! Почему?! Это несправедливо! Я не меньше, чем он, вложила в издательство! Может быть, даже больше! А теперь, когда мне нашли замену, можно все обесценить! Не только наш брак, но и мой труд! Ну, разумеется. Конечно! А я такая милая и ласковая, все приму, все сожру, даже если это будет абсолютное дерьмо!