Онлайн книга «Бывшие. Любовь, удар, нокаут»
|
— ТИМУР! — приводит в себя ее ор, — ОСТАНОВИ МАШИНУ! ОСТАНОВИСЬ! МНЕ СТРАШНО! Краем глаза отмечаю, что она глаза свои закрыла руками. Плачет? Морщусь. Сука. Че ты так разогнался? Не понимаю сам. То ли побыстрее ее в город хочу отвести, чтобы сбросить на хату и свалить подальше. То ли страшно так, что дышать не могу! Словно глаза Опиума меня преследуют, увидеть ее могут. Забрать, разрушить и сделать той, которая уж точно меня убьет. Я же сдохну, если узнаю, что Маня моя стала хотя бы на один процент похожа на гребаную Карину… это без вариантов. Я прям сдохну! Сначала социальный суицид, потому что сначала я убью Золотова, а потом уже и сам… и все. И пиздец… Она же боится… Чувствую. Немного меня это отрезвляет, но из-за того, что все вырвалось и бежать мне от правды и своих собственных чувств больше как будто бы и некуда, бешусь просто дико! Жму на тормоз. В-ж-ж-ж-ж! Тачка реагирует моментально. Зад начинает вилять, чернота трассы пожирает нас, а вокруг стоит густой пар. Резину, возможно, прожег к херам собачьим. Сука. Замерли. Темный салон разряжается нашим общим сухим, частым дыханием. Оно тоже напоминает кое-что… ха! Кое-что. Так сказал, словно это ничего не значило, а значило-то все! Не было больше такого, как в ту ночь. Впервые. Я не хочу возвращаться. Пошла ты! Пошла ты в жопу, гребаная сука! Как же я тебя ненавижу… Резко открываю дверь, хлопаю ей и бегу. Куда ты бежишь? Да куда угодно, если честно. Но недалеко. Словно поводок на шее срабатывает: я не могу оставить ее здесь одну. Так что недалеко, нет. Мне просто нужно время, и как жаль, что я не смогу на самом деле скрыться. Это была херовая идея. Это изначально была очень-очень херовая идея. Чему ты там радовался, мудак? Я же знаю, что радовался. Я же — это ты сам! Но чему?..зацепился за возможность побыть с ней рядом? Ха! Какой бред. Как и когда-то, ты снова в той же точке, глаза свои разуй! Ребенок ничего не поменяет. Ты не сможешь вернуться обратно, семь лет прошло! Семь! Хожу из стороны в сторону, как зверь в клетке. Сердце в груди колошматит. Фары освещают трассу двумя длинными, параллельными коридорами. И это так, сука, символично! Мы с ней — эти самые коридоры, а между нами огромная пропасть из всего дерьма, которое когда-то произошло! Невозможно через это переступить; невозможно вернуться в ту первую ночь, когда я узнал, что может быть иначе. Невозможно… Аккуратно открывается ее дверь. Нет-нет-нет! Сиди в тачке! Я возьму себя в руки, но не подходи. Не приближайся. Ты — мой главный враг. Ты все это устроила! Из-за тебя я подыхаю каждый день! Из-за тебя… все из-за тебя! — Тимур? — зовет меня тихо. Не оборачиваюсь. Прикладываю руки ко рту, чтобы ничего не ляпнуть. Не получится сдержать? Начнем выяснять, а это кому нужно? Никому. Я не хочу. Ничего не хочу — лишь бы никогда тебя не видеть, но видеть постоянно хочется… Какой бред. Какой тупик. Я колоритно проебался. — Какого черта ты вытворяешь? — голос дрожит, Маня старается быть сильной. Меня клинит адски. Думаю, она это прекрасно видит и знает. Просто ей насрать. В принципе, как обычно. — Сядь в машину и дай мне пять минут, — рычу еле слышно. Надо ее осадить. Чтобы хуже не было. Просто — отвали! Но это была бы не Маша… разумеется. — Нет, не дам! — дверь машины хлопает. Тонкий стук ее шпилек долбит прямо по мозгам. |