Книга Вероника, я люблю тебя!, страница 181 – Евгения Султанова-Ус

Марк просто хохочет надо мной.

— Ты неисправима!

— Скажи мне, давай, — требую я.

— Не скажу, — издевается Марк. Тогда наклоняюсь к его уху и тихонько кусаю.

— Ай, — он вскрикивает. — Ника, перестань!

— Скажи или я буду целовать твою родинку, — шепчу, потому что голос пропал.

— Шантаж прямо в кровати? — Его брови взлетают вверх.

Киваю.

— Ты же любишь шантажировать. Говори, — выставляю указательный и средний пальцы вперёд, а большой вверх, как будто это пистолет. Касаюсь его груди. — Иначе застрелю тебя.

Он ржёт.

— Ты настоящая маньячка, Ника! Это точно! Ладно, — он берёт мою руку-пистолет, разгибает все пальцы и кладёт ладонь себе на щеку. — Они подрались из-за девушки Глеба.

Мой мозг работает. Девушка Глеба? Ах, да, та самая в джинсовой рубашке? Что там говорила Рита про девушку Глеба? Что Саша боится её?

Перевожу взгляд на Марка. Он наблюдает за мной.

— Твои серые клеточки заработали, Эркюль?

— Ритка сказала, что Саша боится её.

Марк стонет. Я тычу его в плечо.

— Как её имя, кстати?

Марк в отчаянии закрывает лицо рукой, качает головой. Притворяется. А моя рука скользит вниз и нащупывает его достоинство. Сжимаю несильно.

— Ника!

Марк хватает мою руку и заводит себе за спину.

— Ты нечестно играешь!

Я вспоминаю его же слова.

— А кто сказал, что я буду играть честно? — Поднимаю брови. Он удивлённо смотрит на меня, потом начинает хохотать.

Я жду его ответа.

— Её зовут Анжелика. И она, просто дикая кошка! Если увидит рядом с Глебом какую-нибудь девчонку, мокрого места от неё не оставит.

Моя челюсть отвисает. Ого! Марк закрывает мой рот.

— Однажды она увидела, как Саша, стоя возле Глеба, облокотилась рукой о его плечо, надевая туфли. Ей показалось, что Саша заигрывает с ним. Мы еле оторвали Анжелику от неё. Саша потом несколько недель ходила с огромным фиолетовым синяком под глазом. Зрелище было то ещё!

Марк говорит серьёзно, но я знаю, что рассказ его забавляет.

— К тому же, — добавляет он. — Анжелика занимается боксом. Глеб упомянул как-то. Она вообще-то редко появляется в компании. День рождения это скорее исключение из правил.

— Но ведь Саша с Глебом, мм…

— Ага, — кивает Марк.

— Глеб просто урод, — делаю я вывод.

— Может быть, — Марк пожимает плечами.

Я всё-таки одного не понимаю.

— Странные у них отношения. Если Глеб изменяет своей девушке, тогда зачем он вообще с ней? Почему не расстанется? Какой смысл в отношениях, если они построены на предательстве?

Я гляжу на Марка. Он вдруг становится хмурым, не смотрит на меня. Он изучает каждый мой палец. Что это с ним?

— Я не знаю, — говорит он, наконец. — И давай прекратим весь этот разговор, хорошо?

Я пожимаю плечами.

— Ладно.

Почему его настроение так резко изменилось, когда я заговорила о предательстве в отношениях и измене? Это странно. Я верю ему. И знаю, что он искренен со мной. Может быть, мои слова напомнили ему о чём-то из его прошлого? Это ещё тайна, которых так много!

Я вдруг чувствую усталость. Наверно мне нужно отдохнуть, поспать немного. Я придвигаюсь к Марку, как можно ближе, обнимаю его. Прячу лицо у него груди. Он тоже меня обнимает.

— Поспи, малыш, — шепчет он мне и гладит мои волосы.

До меня доносятся приглушённые голоса. Я прислушиваюсь, но не могу разобрать, о чём говорят. Открываю глаза. Я в кровати в спальне. Сколько интересно я проспала? И что за голоса доносятся из гостиной?