Книга В договор не входит, страница 138 – Лина Ласс

Летняя гроза застала врасплох, но быстрее всех спохватились уличные музыканты. Спасая инструменты, они кинулись в ближайшую закусочную, а их немногочисленные зрители разбежались кто куда, и только мы вдвоём остались на улице, завороженные властью водной стихии.

Максим очнулся первым и, крепко обхватив мою ладонь, потащил к стоящим рядом домам под тёмную арку, но мы уже успели вымокнуть насквозь. Моё новое платье липло к коже, а вода стекала с самой макушки, но смех переполнял изнутри. Дождь был холодным, но мне было тепло и вовсе не из-за того, что на дворе царило лето.

Эккерт, такой же промокший до нитки, отряхивал волосы от капель с восторгом глядя на разбушевавшуюся стихию. Ливень был таким плотным, что дальше нескольких метров было ничего не различить, и могло показаться, что в целом городе мы остались одни, ограждённые от всего мира стеной дождя.

Внезапно его лицо стало серьёзным, а смеющиеся глаза вновь потемнели. Он решительно шагнул вперёд, обхватывая моё лицо и притягивая к себе.

— Я не закончил.

Его губы накрыли мои, руша последние преграды. Я опешила и словно кролик в свете фар застыла, позволяя ему вторгаться в мой рот.

Он целует меня! Целует!

Внезапная слабость охватила всё тело, заставив ноги подкоситься, и я ухватилась за Максима, впиваясь острыми ноготками в крепкие плечи. Стон, сладкий и порочный, вырвался у нас обоих и вновь заглушился жадным и глубоким поцелуем. Эккерт сминал мою волю, с тяжёлым натиском заставляя раскрываться губы и обвивая мой язык своим.

Меня будто окатил океан, обрушив всю свою мощь, но подняв до самых небес. Я не чувствовала холода, мокрой одежды и скользких от воды туфель. Мы были огнём, и он распалялся всё сильнее с каждой секундой, заставляя нас сгорать без остатка.

Руки Максима блуждали по моему телу, в нетерпении сжимая кожу, проникли под юбку, ухватились за ягодицы. Прижимаясь к его бёдрам, я ощутила твёрдость эрекции и словно кошка изогнулась, распаляя его ещё сильнее. Я хотела, чтобы он овладел мной тут же в тёмной подворотне в возможной близости от людей, что, впрочем, теперь меня ничуть не волновало, но в следующий миг он отстранился, тяжело дыша и покачивая головой, а я готова была взвыть от того, что больше не чувствую его рядом.

— Прошу…

— Чуть-чуть терпения, – прошептал он осипшим голосом и потянул меня вглубь двора, где дождь снова накрыл нас.

Легко открыв дверь ближайшей парадной, он затащил меня внутрь. Здесь было сухо и темно, и только тусклая лампочка горела на верхнем этаже, наполняя помещение таинственными тенями. Никто из жильцов не вышел бы во двор или даже на лестницу, когда на улице царил самый настоящий потоп.

— Прости, но ждать до отеля я не в силах.

Прижав меня к стене, Максим вновь обрушился с поцелуем, кружа голову и обжигая каждым прикосновением. Какими же лакомыми оказались его губы. Их хотелось пробовать снова и снова, кусать, посасывать и шептать нежные слова, но из горла вырывались только тихие стоны.

Он жадно исследовал мой рот, затем опустился ниже к шее, где билась жилка, отодвинул край декольте, языком пройдясь по груди, и внезапно опустился на колени, задрав мне юбку. Но в жарком тумане я не поняла его намерений вплоть до того момента, когда его язык коснулся моего лона.