Книга В договор не входит, страница 116 – Лина Ласс

При нашем появлении Николь встала со своего рабочего места, расцеловала Даниэля и пожала мне руку.

— А вот и наша Ева! – воскликнула она.

— Мила, – поправила я.

— Ну конечно, – Николь рассмеялась. – Просто Даниэль назвал вас Евой.

Она пошарила на столе и вытащила из вороха бумаг мою фотографию. Портрет был сделан крупным планом, на нём я держала в руках красное яблоко и смотрела прямо в камеру. Распахнутые синие глаза, чуть раскрытый рот, лёгкий румянец – зрелище было как невинным, так и соблазнительным в равной степени. Ева.

— Нечасто Даниэль просит меня взглянуть на тех, кто ему приглянулся. Но я обмолвилась, что не могу найти девушку для съёмок на октябрьский номер, и он предложил вас. Тема весьма специфичная. Нам нужно лицо целомудрия и греха одновременно. И стоило мне увидеть это фото, как я захотела встретиться с вами лично.

— Октябрь – важнейший месяц для журнала, – пояснил Бонье. – И темы для него выбираются самые актуальные. А это фотосессия – основа основ.

Я постаралась спрятать дрожащие руки.

— И вы предлагаете её мне? – сама не верила, что задала этот вопрос.

— Пока нет, – отрезала Николь. – Я от вас в восторге, но вашу кандидатуру должны утвердить и арт-директор, и главный редактор. Но дело в том, что эти снимки – единственное, что есть в вашем портфолио. Этого недостаточно. Одно дело репортажная съёмка и совсем другое – студийная. Вы снимались где-нибудь?

— Однажды.

Я нашла в сети страницу, где были мои фото и дала взглянуть Николь. Она недолго изучала страницу, изредка кивая и мыча что-то под нос, и наконец взглянула на меня, чуть откинув голову.

— Вот что. На втором этаже у нас студия. Сейчас там делают пробные снимки, и у вас есть возможность поучаствовать. Как вы на это смотрите?

Я закивала головой и тут же была подхвачена под руку. Студия журнала отличалась от той, что была в квартире Даниэля как размерами, так и самой атмосферой. Помещение было огромным и поделенным на зоны. Громко играла музыка, сновали люди – фотографы, модели, ассистенты, без перерыва щёлкала камера и раздавались одобряющие вскрики. Я со стыдом отворачивалась от девушек, без стеснения обнажающих своё тело, чтобы сменить наряды.

Николь подвела меня к ассистентам. Я чувствовала их оценивающий взгляд, но они внимательно выслушали поручения редактора и принялись с рвением исполнять их. Меня захватил вихрь рук помощников. Они избавили меня от одежды, переодев в простую майку и леггинсы, волосы собрали в узел и наложили самый простой макияж, оставив черты лица максимально естественными.

Я чувствовала ту же неуверенность, что и при первой неудачной съёмке – вокруг были такие же незнакомые люди, я большей частью не понимала, что они говорят, всё погрузилось в суматоху и мне казалось, что я делаю не то, что от меня ожидают. К тому же объектив безликой камеры немного пугал меня. Только вид Даниэля, наблюдающего за съёмкой издалека, придавал небольшую уверенность. Он чуть кивнул с приободряющей улыбкой, и я слабо ответила ему тем же.

— Мила, – Николь щёлкнула мне пальцами. – Смотри на меня. Я понимаю, тебе сейчас неловко, но постарайся делать так, как я показываю.

Она стала изгибаться, демонстрируя нужные позы и я беспрекословно повторяла.

— Голову на свет, чуть ко мне, – её голос перекрывал даже громкую музыку. – Хорошо. Повернись спиной, немного откинься. Умница!