Книга От него не убежишь, страница 69 – Лина Ласс

— Какая ты красивая, – проговорил Алекс, расплывшись в улыбке. – Ты сияешь!

Ясно, температура немного подпалила его сознание и начался бред. Он всё ещё был горячий как печка, но хотя бы разговаривал и открыл глаза.

— Ты бредишь, Алекс. Тебе нужно поспать.

Я нехотя убрала его руку со своего бедра и положила ему на грудь, сверху накрыв одеялом, и будто лишилась тонкой связи между нами. Но мой больной не желал слушаться и откинул покрывало, схватив меня за талию и притянув к себе. Наши лица оказались так близко, что губы почти соприкасались.

И откуда у него только взялись силы? Он прижимал меня к себе, руки его блуждали по моему телу, приподнимая тонкую ткань рубашки, волнуя и пробуждая желание.

— Прости за серёжки, – прошептал Алекс. – Я куплю тебе новые. Но тебе без них хорошо. А гораздо лучше, когда на тебе вообще ничего не надето.

Он говорил хриплым от возбуждения голосом, воздействуя на мои самые низменные желания, и я едва сдерживалась, чтобы не поцеловать его. Это всего лишь бред, он сейчас пребывает в каком-то сне и несёт полнейшую чушь. Но от этого желание моё не становилось меньше. Если бы он приблизился ещё на сантиметр, я бы уже не смогла устоять. Но воспользоваться сейчас его состоянием было бы ничем не лучше изнасилования. Он же не понимает, что делает или говорит. Я для него сейчас… сияю! Мало ли что ещё ему привиделось. Может, на моём месте он видит горячую Скарлетт Йоханссон.

Я отстранилась, сама не веря в то, что делаю, потому что безумно хотелось остаться в его руках, отдаться ему. Нас словно держало магнитом и было чертовски трудно отпустить друг друга. Но глаза Алекса погасли и закрылись, дыхание выровнялось и рука, держащая меня, ослабела и упала на простыни. Он уснул.

Крепкий здоровый сон – это то, что ему было нужно. Я положила ладонь на его грудь, пытаясь нащупать сердце – оно билось сильно и ровно – и с облегчением выдохнула. Вернувшись на кресло, я поджала под себя ноги и стала наблюдать за ним. Лицо Алекса разгладилось, и лёгкая улыбка застряла в уголках губ.

Только сейчас я внимательно разглядывала его, жадно всматриваясь в каждую чёрточку. Густые брови, две пересекающие лоб морщинки, ещё не глубокие, но уже заметные, прямой нос, чувственные губы. Что-то едва уловимое, будто знакомое прежде, скользило в его лице. А может, я никогда раньше так пристально не смотрела на Алекса, что он открылся мне вновь?

Не знаю, сколько бы времени я так провела, изучая его лицо, только тихий стук в дверь отвлёк меня. Я вздрогнула и на цыпочках прошла к входу. Не знаю, чего я опасалась, только сейчас мне всё стало казаться подозрительным. Тихонько приотворив дверь, я увидела на пороге ту самую девушку, что заселила нас вчера. Со мной она не была столь приветлива как вчера с Алексом. Брови её сошлись на переносице и вид был явно раздражённый. Она что-то быстро проговорила на французском, но я не поняла ни слова. Подняв ладонь, я заставила её замолчать и вернулась за телефоном. Открыв приложение переводчика, отдала смартфон ей в руки, и она повторила всё, что успела сказать.

"Вы заплатили только за одну ночь. Будете оставаться?" – произнёс электронный голос.

Эта девица ничего мне не сделала, но отчего-то бесила меня одним своим присутствием. Может, всё дело в миловидной внешности и слегка высокомерном выражении лица, а может в том, что она позволила себе улыбаться мужчине, который меня поцеловал. И пусть тот факт, что между ними ничего не произошло, оставался непреложным, неприязнь к ней только усилилась.