Книга На горизонте – твоя любовь, страница 144 – Нетта Хайд

Для Хантера я остаюсь замужней женщиной, а для самой себя – лживой, мстительной, бессердечной сукой. Как странно это получается… В прошлом году я согласилась стать его любовницей, а сейчас… сейчас он может стать моим…

Думать о будущем между нами – все равно что верить в сказку, где рыбы вдруг начнут ходить по земле на плавниках.

Я поднимаюсь в комнату, принимаю душ, смывая с себя тяготы дня, и ложусь на кровать в ожидании его приезда. Время тянется бесконечно, двадцать минут сливается с сорока, час сменяется другим, а его все нет.

Наступает утро, и он все еще не появился. Я начинаю догадываться, где он может быть, но не решаюсь поехать туда. Хочу дать ему и себе время. Время, чтобы найти ответ на вопрос: хотим ли мы оба окунуться в то, что продлится совсем недолго?

ТЕЯ

Я так и не смогла сомкнуть глаз в течение всей ночи. Часы тянулись мучительно долго, и, глядя на первые солнечные лучи, проникающие сквозь шторы, я, наконец, решаю подняться с кровати. Привожу себя в порядок и спускаюсь на первый этаж, где за столом уже сидят Хантер, Санни и Джереми.

— Доброе утро, – произношу я, стараясь улыбнуться как можно более естественно.

— О, Тея, доброе утро! – восклицает Санни, подходя ближе. – Хочешь что-нибудь? Кофе, чай?

— Спасибо, Санни, но я не хочу ничего, – отвечаю, бросая беглый взгляд на Хантера, который, оказывается, даже не удосужился поднять на меня глаза.

— Хантер сегодня не в настроении? – спрашиваю я у Санни, пытаясь нарушить тишину.

— А вы что, не виделись? – ее голос полон легкой тревоги.

— А, да, конечно, виделись. Просто… Ладно, не важно, – на этот раз моя улыбка адресована только ей. – У нас самолет через два часа, поэтому нам уже пора выезжать.

— Так скоро… Тея, я буду по тебе скучать и очень надеюсь, что ты сможешь приехать на роды! Я хочу, чтобы ты стала крестной моей малышки, – шепчет она так, чтобы слышала только я. – Это было бы идеально. Надеюсь, ты не против и прости, что говорю это так неожиданно.

— Ты… ты серьезно? – недоверчиво спрашиваю я.

— Конечно! С того самого момента, как я впервые тебя увидела, я почувствовала, что мы станем подругами. Ты такая добрая, красивая и интересная. Уверена, ты станешь потрясающей мамой и крестной мамой.

— Спасибо, Санни, – обнимаю ее крепко. Но внутри меня голос подсказывает, что это никогда не произойдет. Больше она меня не увидит…

— Тея, нам пора выезжать, – внезапно говорит Хантер. Наконец его взгляд всего на мгновение встречается с моим.

Может быть, я просто слишком тускло одета и поэтому стала невидимой для него? Пусть так. И все же, возможно, у него произошло что-то, что не имеет ко мне никакого отношения, а я ломаю голову, пытаясь разобраться, что именно.

По пути в аэропорт между мной и Хантером царила угнетающая тишина, обволакивающая собой все пространство. Ни он, ни я не осмеливались заговорить, и атмосфера нашей поездки постепенно превращалась в невыносимо напряженную игру в молчание.

Когда мы, наконец, занимаем свои места в самолете, Хантер моментально надевает наушники и отворачивается к окну, словно чувствует непреодолимую необходимость отгородиться от внешнего мира и, в особенности, от меня.

А я… я сижу, охваченная волной недоумения и пытаюсь справиться с необоснованной обидой, которая все сильнее разрастается где-то глубоко внутри. Я ничего не понимаю. Могла бы просто потянуть за его наушник и спросить напрямую, но вместо этого – тону в собственных мыслях, готовясь насиловать свою голову долгие четырнадцать часов полета до Лос-Анджелеса.