Книга По щелчку, страница 189 – Лана Ива

— Тогда зачем сказала?

— Ты был со мной груб и разозлил меня. Я знала, что тебя это заденет. – Сара вздохнула. – Ещё раз прости, Тео. Надо было поговорить раньше. Надо было в принципе больше разговаривать друг с другом и, возможно, мы бы избежали этого краха. – Она сделала небольшой глоток вина. – Я была счастлива с тобой. Правда. Ты был живым, тёплым, смешным. До тех пор, пока не стал другим.

— Когда всё изменилось?

Я уже догадывался, каким будет ответ.

— После смерти твоего отца. Ты замкнулся, отдалился от меня. Ото всех отдалился. А потом тебя сожрала власть. Ты стал бездушной машиной – ледяным, жёстким, словно все чувства внутри тебя застыли. Хотел держать всё под контролем, меня – в первую очередь. А я не собиралась быть собакой на привязи.

Я нахмурился.

— Я думал, что защищаю тебя.

— Твоя защита была удавкой, а я хотела воздуха. Даже когда молчал – ты всё равно давил. Я стала просить свободы, и ты с горем пополам мне её дал. А потом перестал замечать меня вовсе. Не слышал или не хотел слышать. Мы были рядом, но как чужие. Постоянно ругались и расставались, помнишь? – Я кивнул. – Только в такие моменты ты вспоминал, что я существую. Рвался вернуть меня, говорил, что любишь. И я возвращалась. Потому что не могла вынести мысли, что ты будешь не со мной и не моим.

— Почему тогда ты не решилась на брак? Вдруг это помогло бы нам.

— Потому что не верила, что мы по-настоящему хотим этого. Мы и так не понимали друг друга, а только мучали и страдали. Брак бы нас не спас, а лишь всё усугубил.

Я молчал, переваривая услышанное и пытаясь понять, почему я был таким отстранённым. После смерти отца я словно взял на себя не только его бизнес и роль управленца, но и характер. Дела компании, встречи, деньги, власть – всё это поглотило меня, сделало слепым и бесчувственным. У меня банально не было времени думать о чём-то ещё.

— Но я… – голос Сары дрогнул, – я тоже виновата. Была настоящей эгоисткой. Вместо того, чтобы реально поддержать тебя после смерти отца, я только обвиняла и злилась, что ты не обращаешь на меня внимания. И в какой-то момент поняла, что мы просто не подходим друг другу, иначе давно бы уже нашли путь к примирению. – Она сделала глубокий вдох. – Я специально подстроила тот вечер, чтобы ты увидел меня с другим. Хотела, чтобы ты наконец отпустил меня навсегда – даже через ненависть. Я думала, это поможет тебе встряхнуться.

— Ты совсем спятила? – Я чуть подался вперёд и прошипел, глядя ей прямо в глаза: – Я ведь мог убить тебя вместе с любовником! Чем ты только думала, Сара?

Она опустила голову.

— Любовь зла и глупа. Я скатилась на дно из-за собственных обид и одиночества, и чуть тебя туда же не утащила. Прости, Тео.

Я замер, долго разглядывал её, вспоминая всю нашу жизнь, и понял, что не испытываю больше к ней ни злости, ни ненависти – ничего.

Откинувшись обратно на спинку кресла, я коротко выдохнул.

— Твою мать. И ты меня прости – за то, что был таким слепым и глухим. Я правда не замечал, что наша жизнь катится к чертям. Мне жаль, что всё так вышло.

Сара вдруг взяла мою руку – не как любовница, а как человек, который понимает твою боль. Который был в ней с тобой и выбрался.

— Мы оба виноваты. Оба пытались друг друга изменить – и оба проиграли. Но я ни о чём не жалею. Всё, что было между нами, имело смысл. Ты изменился, я тоже стала смотреть на мир иначе и больше думать о других, а не только о себе. И извини за тот вечер, где я сказала Ханне, что я твоя бывшая невеста. Я вела себя как стерва. Тогда мне было немного обидно, что с ней ты другой.