Книга Опекун, страница 42 – Ана Сакру

Все это время она, сидя в первом ряду, была занята тем, чтобы себя ничем не выдать. Перед глазами у неё так и плыло, мир вокруг воспринимался иллюзорно, меняя пропорции и неестественно играя красками. А Кир будто одним своим присутствием подталкивал ее дальше в эту пропасть нереальности.

И ещё она чувствовала его интерес, что он её молча разглядывал, то и дело скашивая взгляд, пока Ида Леонидовна монотонно рассказывала, каким удивительным и замечательным человеком был её покойный муж, и как она его любила. По рядам пошли официанты, раздавая бокалы с шампанским. Кир взял сразу два, себе и Тае, молча вставил ей в пальцы тонкую ножку, сжал её прохладную ладошку поверх своей рукой.

— Это просто церемониал, – шепнул, подавшись к девушке и опаляя её висок горячим дыханием, – Можно только приложить к губам.

Он мазнул взглядом по её рту, когда говорил это, и губы тут же закололо. Тая нервно их облизала, смотря перед собой невидящими глазами, по затылку мурашки пошли от вибрирующего, хрипловатого мужского голоса.

Она так остро чувствовала его, что хотелось слабовольно закатить глаза.

Понимала уже, что это, скорее всего, странный эффект от таблетки, помноженный на робкую, надуманную влюбленность, но ничего поделать с этим не могла. Тело абсолютно неконтролируемо реагировало.

Ида Леонидовна подняла свой бокал вверх, говоря громче и призывая помянуть мужа. Все встали, вокруг зашуршали поехавшие ножки стульев. Кир подхватил Таю под локоть и потянул её вверх за собой. Люди в их ряду опрокинули молча бокалы, и Тая опрокинула тоже. Разнервничавшись, почти до дна. Шампанское оказалось холодным, вкусным и таким горячо пьянящим. Горло тут же обожгло ледяным теплом, приятный жар спустился в желудок, Тая закрыла глаза, глотая ещё, пока Кир резко не выхватил у неё бокал, оставляя капли на платье.

— Хватит, – процедил, снова усаживая её.

И взгляд недобрый. Тая вопросительно уставилась в ответ, не понимая, в чем она виновата. Для нее его глаза начали двоиться. Кир, казалось, хотел сказать что-то, но Ида Леонидовна уже спускалась с постамента, поэтому он лишь одернул расстегнутый пиджак и встал матери навстречу, чтобы помочь спуститься и затем сменить её на трибуне.

— Я же говорила, не стоит пить, – хмыкнула Ида Леонидовна, присаживаясь на стул рядом с Таей вместо Кира, который в это время торжественно начал говорить, как он ценил и уважал отца.

Но Тая уже не понимала слов. С трудом сфокусировалась на ироничной улыбке женщины, сидящей рядом, скосила глаза на ее полный бокал в изящной руке, а затем снова уставилась на её сына. Позади Кира, говорящего твердо и проникновенно, кружилась сцена, в голове шумел накатывающий прибой. И больше всего Тая боялась момента, когда придется вставать со стула. Все тело ощущалось невероятно легким и одновременно ватным. Чудилось, ноги не выдержат, она упадет.

Кир закончил свою речь и сел по другую руку от Таи. За трибуну встал, кажется, тот мужчина, которого девушка видела в приемной у нотариуса. Да, точно, Павел Андреевич…И кажется, когда он говорил, он смотрел только на Таю, будто пытаясь ей донести что-то, но девушке было плевать. Она обессиленно закрыла глаза и уронила было голову на грудь, но Кир, тихо сматерившись себе под нос, подставил ей плечо и незаметно приобнял сзади за талию, чтобы она не упала. И это было так будоражаще тепло, что Тая не задремала, но окончательно уплыла куда-то вглубь себя, уже не сдерживаясь и не пытаясь держаться за реальность.