Книга Темные души, страница 89 – Ана Рома

— Знаешь, что бывает с теми, кто не держит слов? – Бернардо действительно был очень высоким. – Их семьи начинают вымирать.

Подняв руку над моей головой, я приготовилась принять удар, но он высыпал все содержимое пакета прямо мне на голову, затем развернулся на каблуках и вышел. Это была обычная мука.

Я стояла как вкопанная, словно мои ноги зацементировали намертво, и лишь сердце отдавало в горле.

— Надеюсь, ты будешь первой в его списке, – прошипела блондинка, прежде чем последовать за отцом, толкая в плечо.

Острая боль тут же пронзила в области лопатки, заставив стиснуть зубы. Я смотрела вслед удаляющейся фигуре, а в глазах плясали искры. Марко, нахмурив брови, приблизился, и боль начала затягивать разум в мутную пелену. Опустив голову, я увидела, как багряные капли стекают с пальцев, оставляя отметины на сером бетоне.

Марко выругался, схватив меня за капюшон кофты, доставая мобильный. Обычно так ловят маленьких детей, которые вечно падают и пачкают одежду.

— Джейсон, тащи свою задницу в Феникс, быстро!

Кристиано

— Какова вероятность, что наш план не сработает? – спросил Вито, принимая чашку кофе из рук Розабеллы.

Их пальцы соприкоснулись, и я заметил неловкость с обоих сторон, но это было наименьшей проблемой, о которой должна болеть моя голова.

— Он сработает, – без доли сомнений ответил я.

Мы сидели на диване в гостиной, утопающей в море разноцветных шаров. Среди шаров ползала Эйми, увлеченно разрывая обертки подарков. Их было так много, родители явно перестарались, не удосужившись даже посоветоваться со мной. В последний раз такое безумное изобилие игрушек я видел, когда Джине исполнилось десять. Потом подарки стали скромнее числом, но весомее и ощутимее в цене.

Теодоро сидел на полу, помогая ей справляться с оберткой, чтобы она не поранилась.

В эти моменты он не казался таким раздражающим, наоборот, я готов был пожать ему руку.

— Китай чтит традиции, два года очень важны в жизни ребенка, он выбирает свой путь, – отец с гордостью смотрел, как у Эйми разбегались глаза от подарков. – Это будет что-то вроде перемирия.

— Nonno, смотри, – Эйми подошла к отцу, прикладывая к себе пышное розовое платье.

— Вы только посмотрите, какая красивая! Браво, мне стоит надеть очки, – папа театрально спусти солнцезащитные очки на глаза, Эйми тут же засмущалась. – Боюсь ослепнуть от такой невероятной красоты! Тебе так идет, моя милая! Браво!

Вито прыснул, еле контролируя смех, который вырывался из него. Я лишь поджал губы от неловкости. По части комплиментов отец занимал почетное первое место, выигрывая у Антонио. Его итальянский гипнотизировал женщин нашего дома, и то, как он искусно вживался в роль обольстителя, смущая мою дочь, тому пример.

— Кому праздничный торт? – мама зашла, держа в руках сладость, позади шла Розабелла с чистыми приборами.

Эйми запрыгала на месте, задирая голову, чтобы увидеть свечки. Утром она уже задувала свои первые праздничные свечи.

— Бабушка приготовила наш любимый шоколадный торт, – отец потянулся к отрезанному куску, но мама ударила его по руке.

— Первый кусок имениннице, – взяв ложку, присаживаясь перед Эйми, протягивая кусок.

В этот момент весь мир был сосредоточен на Эйми Ринальди и ее окончательном вердикте по отношению к выпечке.