Книга Темные души, страница 176 – Ана Рома

— Вы можете войти.

Мужчина оглядел всех и опустил взгляд, когда очередь дошла до мамы.

— Примите соболезнования.

Мама вошла первой, все еще не отпуская мою ладонь. Тело отца лежало на столе, скрытое тканью по плечи, я резко выдохнул. Запах формалина ударил в нос.

Едва она переступила порог, увидев бледное тело мужа, ее ноги подкосились, теряя сознание. Подхватывая мать на руки, я присел, пока другой врач приводил ее в чувства.

— Мама! – обеспокоенно позвала Джина, и в этот момент ее глаза увидели труп.

Взглянув на брата, он среагировал быстрее, прежде чем я предупредил. Сестра бросилась на стол, морг заполнился разрывающимися криками и визгами. Джина вцепилась в плечи отца, умоляя открыть глаза. Антонио сразу же подхватил ее, оттаскивая от стола.

— Отпусти меня! Папа! Папа, пожалуйста! Нет!

— Детка, он не сможет. Не сможет к нам вернуться, – голос Антонио надорвался, когда он сжимал Джину в кольце своих рук.

Было бы правильнее оставить сестру дома, но любой из вариантов чудовищно травмирующий.

Мама пошевелилась в моих руках, приходя в сознание.

— Ясмина, вы слышите меня? – врач оценивал ее состояние.

— Выйдем на свежий воздух? – единственное, что я мог предложить, не усугубляя.

Мама смотрела куда-то сквозь меня, ее рука потянулась к волосам, поправляя, затем поморщилась от света ламп на потолке.

— Мне нужно его увидеть, – едва слышно прошептала, пытаясь подняться.

Лиа стояла в углу, обхватив себя руками, по ее щекам стекали слезы. Рыдания сестры спровоцировали новую волну слез, которую она не могла остановить.

— Так не должно быть, Ринальди, – мама коснулась волос отца, голос задрожал. – Не так… Скоро.

Она приложила голову к его груди и заплакала.

— Моя любовь. Мой дорогой Алдо, – мама так нежно обхватила лицо отца в свои ладони. – Тридцать лет… Может, в другой жизни ты останешься со мной подольше?

«Она пришла в тот момент, когда меня никто не понимал. Когда я был потерян, не знал, смогу ли найти выход? Именно тогда и появилась моя лучезарная Ясмина».

Отец всегда так красиво описывал любовь к матери, что я порой думал, что это наваждение.

— Клянусь. Я вырежу ему глотку и подвешу за собственный язык, – прорычал Антонио, уводя Джину и Лиа наружу.

Я не помню, как оказался в доме. Зато отчетливо понимал, что не могу взглянуть на себя даже в зеркало. Первая оглушающая тишина, когда ты возвращаешься в дом после потери. Когда пространство буквально съедает тебя своей скорбью. Мой телефон разрывался звонками, но все, чего мне хотелось – исчезнуть.

Я осознал достаточно давно: мафия никогда не нуждалась в деньгах. Но в мире ничего не дается даром, и чаще всего это покупалось кровью мужчин и слезами женщин.

Родители Лиа приехали сразу же, как узнали о случившемся. Мама нуждалась в поддержке, вернувшись из морга, она впала в истерику, увидев семейные фотографии. Эйми находилась с Дебора, старшей сестрой Лиа. Ее дочери примерно столько же, дети в этом возрасте отлично ладят.

— Как это произошло? – Антонио влетел в кабинет отца, дверь ударилась о стену. – На что вы вообще рассчитывали, когда поехали вдвоем?

Мои глаза были прикрыты, концентрируясь на пульсе, что бил в висок, опираясь головой на пальцы левой руки.

— Крис! – брат схватил меня за воротник рубашки, глаза открылись. – Прекрати это дерьмо! Ты выглядишь, как пятнадцатилетняя школьница, которой разбили сердце.