Книга Заложник, страница 56 – Эрин Боумен

— Странно, — думаю я вслух. — Франк рассказывал, что это Харви начал восстание. Но здесь… как будто это Элия.

Ниже перечислена семья Элии. Его мать умерла, отец и сестра расстреляны. В ужасе я ерзаю на стуле.

— Расстреляны? — повторяет Эмма. — Это значит… Франк… Орден…

Еще один раз я смотрю на это слово. Мать просто умерла, но отец и сестра…

— Я думаю, они убили его брата и сестру. Вероятно, Элия сделал что-то ужасное, и они убили его семью.

— Как сегодня вора?

— Возможно.

Мы просматриваем остальные бумаги. Они содержат похожие истории. Большинство людей названы мятежниками и предателями, у многих написано, что они казнены. Но у всех есть кое-что общее: Франк хочет видеть их мертвыми.

Я думаю, иногда смертная казнь необходима. За все время существования Клейсута такой случай был только один раз. Я прочитал об этом в свитке. Юноша по имени Джек Варроу сошел с ума от ревности. Ему было шестнадцать, и у него поехала крыша, потому что он влюбился в девушку, которая не отвечала ему взаимностью. Она строила глазки другому юноше и заботилась только о том, чтобы ее закрепили за ним. Вечером Джек пробрался в дом своего соперника и попытался перерезать ему горло, но потерпел неудачу. За попытку убийства совет изгнал Джека за Стену. Его тело нашли днем позже. Так жители Клейсута казнили его.

Но это никак не походило на истории, которые заполняли книги. Люди преследовались за преступления, несравнимые с убийством: за то, что прочитали какую-то книгу, говорили о чем-то публично, обучали не тому… Мне стало казаться, что Элия и большинство людей на этих страницах невиновны. В том числе и те, что были казнены. У меня уже были сомнения по поводу расстрелянного вора, но здешние записи не оставляли места для сомнений. Эти люди не сделали ничего преступного.

— Как ты думаешь, что это значит, Грей? Все эти записи? — лицо Эммы побледнело.

Я бросаю взгляд на дверь и снова на стол. Франк знает обо всех этих казнях. Каждая страница подписана им. Франк, который положил руку мне на плечо и говорил со мной, как отец, Который хотел, чтобы я ему помог. Возможно, я все еще могу ему помочь. Истинный враг — Харви, но по этим записям Франк все меньше кажется мне союзником.

— Я спрашиваю себя, мятежники — это просто жертвы? — пытаюсь я размышлять. — Или они объединились и борются против Теама? — дальше я говорю шепотом. — И против Франка.

— Но они должны драться на стороне Харви? Это ужасно.

— Возможно, они считают, что он не так уж ужасен. Франк убил их семью и друзей и собирается казнить их самих. Харви же только провел эксперимент над незнакомыми им людьми. Если мятежники не всё знают, я могу понять, почему они присоединяются к Харви. Или, быть может, к Элии, как здесь написано.

Эмма нервно переплетает пальцы.

— Грей? А если Франк не так уж и прав?

Какое-то время я это обдумываю. Конечно, мне приходила в голову эта мысль, когда я прочитал документы.

— Но почему тогда Франк вообще начал нам помогать? Почему он потрудился вытащить нас из-под Стены?

Эмма все еще теребит пальцы и водит большим пальцем по запястью.

— Наверное, мы должны думать, что он на нашей стороне. Скорее всего, мы просто ошибаемся.

Если я определился, то в душе Эммы еще только прорастают ростки сомнений. Сведения в этих документах не совпадают с тем, что мне рассказали. И если Франку удастся освободить Клейсут, хотел бы я жить в этом мире? Где убивают из-за безобидного проступка?