Книга Квартира №16, страница 212 – Татьяна Ларина

— Постоянно. И у меня, и у Милы. Ты знала, что они общаются? — Оля вопросительно взглянула на меня, а я отрицательно покачала головой. — Да, даже как-то ходили гулять. Алис, не знаю, что там у вас случилось, он просил не говорить тебе об этом.

— Проходи, пока все не съели! — влетела в гостиную довольная Мила, а следом за ней вошел он.

Власов, как и я, не ожидал такой встречи. Он стоял растерянный с бутылкой вина и тортом на пороге комнаты и не решался войти. Все такой же прекрасный, немного уставший, слегка хмурый и до безумия мужественный. Мое сердце было готово выскочить из груди, а легкие свело в агонии, потому что я забыла, как дышать.

— Привет, — сказал он мне, словно больше никого не было.

— Привет, — ответила я.

— Мила, о таких вещах предупреждают, — прошипела на дочь Оля. — Денис, мы тут уже начали. Я тебя не ждала, честно признаюсь.

— Я уже понял, — усмехнулся Власов и снова посмотрел на меня. — Если я лишний, то могу уйти. Я все понимаю.

— Нет, что ты?! — воскликнула Оля, а потом, смутившись, посмотрела в мою сторону. — Если Алиса не против.

— Конечно, не против, — выдавила я.

— Я схожу за приборами, — Ольга грациозно, как могла только она, поднялась со стула и пошла на кухню.

— Вилки тяжелые. Пойду помогу маме, — подскочила маленькая интриганка Мила и побежала на кухню.

— Как ты, Алис? — спросил Денис, как только мы остались одни. Он сел рядом со мной, и у меня закружилась голова от любимого запаха его одеколона.

— Хорошо. Спасибо, — стараясь взять себя в руки, ответила я. — Как ты?

— Нормально, дела пошли на лад, — он улыбнулся, как улыбался мне раньше, и снова перехватило дыхание.

— Очень рада за тебя.

— Алис, я знаю про твою маму. Мне очень жаль. Если я могу как-то помочь…

— Никак! — отрезала я. Его жалость — последнее, в чем нуждалась. Закинув ногу на ногу, я гордо подняла голову, но вышло глупо и смешно.

— Лисенок, — усмехнулся Денис. — Гордый Лисенок. Просто подожди. Все будет хорошо.

— О чем ты?

— Неважно.

Ольга с Милой вернулись, чему я была рада, а вот Денис, кажется, не очень. За ужином мы не касались моих проблем и общались на отвлеченные темы. Мои опасения по поводу Милы, к счастью, не оправдались. Видимо, на кухне Оля все же вправила мозги своей дочке. Через какое-то время напряжение окончательно спало, я расслабилась и громко смеялась над Олиными рассказами. Денис почти не говорил о себе, за что была ему благодарна. Я знала, что если он хотя бы мимоходом упомянет Лену, то разрушит все добрую атмосферу, что появилась. Он это понимал.

— А теперь чай с тортами! У нас их два, правда, одинаковые, — усмехнулась Оля, поднимаясь со стула.

— Ты принесла «Киевский»? — удивился Денис.

— Да, от «Палыча», самый вкусный, — ответила я.

— И у меня от «Палыча», — рассмеялся Власов.

— Вот видите, это судьба! — воскликнула Мила, за что получила мой грозный взгляд. — Что? Пока мамы нет, могу говорить, что думаю.

Чаепитие плавно перетекло из столовой на балкон, где мы вчетвером любовались огнями ночной Москвы. Вечер был теплым, и так не хотелось, чтобы он кончался. Но время не спрашивало разрешения утекать, как песок сквозь пальцы. Пора было возвращаться домой.

— Уже поздно, мне нужно ехать, — вздохнула я, глядя на часы и прикидывая, сколько мне добираться.