Книга По ту сторону свободы, страница 62 – Анна Бойцан

— Просто «да» или «нет», Лив.

— Да, — выдохнула она.

— Ложись, — прошептал он. — И давай договоримся, если станет слишком... интенсивно или страшно — просто дай мне это понять, я сменю тактику, ну или остановлюсь. Я веду, но только туда, куда ты зовёшь. Хорошо?

Лив медленно обернулась, встречаясь с его глазами.

— Ты обещаешь?

— Даю слово.

Он наклонился, поцеловал её — не спеша. Словно утверждая, что это не страсть момента, а договор. На коже, в крови, в костях.

Он посмотрел на неё с такой концентрацией, что у Лив по спине пробежал холодок.

— Скажи это, — голос стал чуть ниже, почти хриплым, — скажи, что ты моя.

Она попыталась отвести взгляд — и не смогла. Он словно держал её за подбородок, хотя даже не коснулся.

— Зачем? — выдохнула она, почти растерянно.

— Потому что я хочу это слышать, — он наклонился ближе, шепча ей в губы. — Хочу, чтобы ты сама признала то, от чего давно бежишь. Потому что, когда ты это скажешь это, — он усмехнулся, — ты уже никогда не уйдёшь.

Лив дрогнула. Несколько секунд — молчание. А потом...

— Я твоя, — едва слышно.

Дориан закрыл глаза, как будто вкусил это признание.

— Вот теперь, — сказал он, опуская её на кровать, — теперь ты в опасности по-настоящему.

* * *

В комнате пахло смесью весенней пыли и выдохшегося вечернего воздуха. Лив стояла у зеркала, натягивая узкие чёрные джинсы. На кровати, раскиданные по разные стороны, лежали три топа, два пиджака, пара кожаных курток, и ни один из вариантов не казался «тем самым». Её плечи чуть подрагивали, будто мышцы не выдерживали внутреннего напряжения.

Дориан, как всегда бесшумно, наблюдал с полузакрытым взглядом.

— Если ты переберёшь ещё одну вещь — ты, скорее всего, соберёшься к Рождеству, — лениво заметил он.

— Это вообще-то важно, — пробормотала Лив, не оглядываясь. — Мне должно быть удобно, но... и не слишком вызывающе. Я не хочу, чтобы он подумал, что я его жду.

— Он и так подумает, что ты его ждёшь. Потому что ты — наживка, — отрезал Дориан, подойдя ближе. Он поднял один из топов — чёрный, почти как вторая кожа, с тонкой линией на шее. — Вот этот.

— Слишком откровенно.

— Идеально провокационно. — Он встретился с ней взглядом в зеркале. — Пусть подумает, что ты слабее, чем есть. Это заставит его быть неосторожным. И тогда я появлюсь.

Лив сжала губы, всё ещё колеблясь. Дориан положил топ ей в руки и мягко сказал:

— Я не позволю ему дотронуться до тебя. Ни на миллиметр. Я буду там, Лив.

Она всё ещё не смотрела на него. Он подошёл ближе, встал за её спиной и коснулся пальцами её плеч.

— Я не боюсь за твою жизнь, — продолжил он, глядя на неё через отражение в зеркале. — Я научил тебя, как выиграть те две секунды. Этого хватит. Но вот... боюсь, что ты запомнишь то, что увидишь. Что будешь вспоминать, как кто-то умирает у тебя на глазах. Вот это — куда опаснее. Не хочу, чтобы смерть стала для тебя чем-то нормальным. Хочу сохранить тебя такой, какая ты есть.

Лив наконец повернулась к нему, прижав ткань к груди. Её голос прозвучал тише:

— Я справлюсь. Ради Мар. Ради себя.

Он склонился к ней ближе, взгляд его потемнел, стал тяжелее:

— Я в этом не сомневаюсь. — Он взял её за запястье, и медленно, почти лениво провёл пальцами по внутренней стороне её руки. — Но ты должна понимать: сегодня ты идёшь в чужой мир. Мир, в котором твоё лицо уже запомнили. Ты вошла в игру, Лив. И теперь выхода нет.