Книга По ту сторону свободы, страница 119 – Анна Бойцан

Он ждал её. Сидел в гостиной, всё так же небрежно откинувшись на спинку кресла, с бокалом чего-то тёмного в руке. Его идеальный профиль был обращён к окну, за которым сгущалась непроглядная ночь, и в этой его спокойной, почти небрежной позе Лив увидела квинтэссенцию его манипулятивной натуры. Он ждал её реакции, ждал, когда её эмоции взорвутся, чтобы насладиться своей властью.

— Ты пришла, — произнёс Дориан, даже не повернув головы, его голос был низким, бархатным, каким-то пугающе спокойным. — Быстро же ты справилась со своим «паломничеством». Надеюсь, святой отец не слишком утомил тебя своими нравоучениями? Или, быть может, он поведал тебе что-то... новое?

Лив задохнулась, ноздри раздувались, а глаза горели неприкрытой яростью.

— Новое?! Ты смеешь спрашивать меня об этом?! — Её голос сорвался на крик, переходя в высокий, надрывный визг. Она шагнула к нему, её руки дрожали, сжатые в кулаки. — Ты... ты лжец! Ты мне лгал! Всё это время... всё это время ты знал! Знал о сыворотке! Она всегда была у тебя, не так ли?! Ты просто играл со мной! Манипулировал!

Дориан медленно повернул голову. На его лице не дрогнул ни одна мышца. Он смотрел на неё с тем же ледяным, чуть насмешливым спокойствием, которое так выводило её из себя. В его глазах не было ни удивления, ни вины. Только абсолютное, совершенное безразличие.

— А, вот оно что, — протянул он, его голос был едва слышен, но пронизывал её до самых костей. — Значит, старый Кристофер всё же не сдержал язык за зубами. Как наивно. Я думал, что за столько веков он научился хранить секреты.

— Ты признаёшь?! — слёзы хлынули из глаз Лив, обжигая щёки. Это была не просто печаль, это была боль от осознания глубины его предательства. — Так это правда?! Ты держал её у себя?! Ты врал мне?! Врал... Почему, Дориан?! Почему?!

Дориан медленно поднялся, поставив бокал на столик. Его движения были плавными, хищными, как у пантеры, вышедшей на охоту. Он подошёл к ней, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Его взгляд изучал её, словно она была лишь интересным образцом для исследования.

— Да, Оливия, — его голос стал чуть громче, но оставался спокойным, почти ласковым. — Это правда. Лекарство всегда было у меня. С того самого момента, как те наивные охотники решили, что способны свергнуть меня. Они думали, что это их козырь. Ха! Как же они ошибались. Я просто забрал то, что мне по праву принадлежит. И я бы сказал тебе об этом вскоре, когда пришло бы время.

Лив содрогнулась от его слов. Они были хуже любого удара. Это было не просто признание, это была демонстрация его власти, его презрения к её чувствам.

— Покажи мне! — потребовала она, её голос дрожал от сдерживаемой истерики. — Покажи, что она у тебя! Покажи!

На лице Дориана мелькнула лёгкая, почти незаметная улыбка. Словно она попросила его показать любимую игрушку. Он развернулся и медленно, неспешно направился к одной из массивных книжных полок, за которой, как теперь поняла Лив, скрывался замаскированный сейф. Он набрал несколько цифр на скрытой панели. Щёлкнул замок. Тяжёлая стальная дверь бесшумно отворилась, открывая взгляду тёмное нутро.

Дориан протянул руку внутрь. Его пальцы, длинные и изящные, скользнули по чему-то скрытому в тени. И вот он повернулся, держа в руке небольшую, искусно сделанную шкатулку из тёмного дерева, инкрустированную серебром. Он открыл её, и внутри, на бархатной подложке, покоилась она. Маленькая, прозрачная ампула, наполненная мерцающей алой жидкостью. Сыворотка. Та самая надежда, которая могла изменить всё. Могла ли?