Книга Разрушенный, страница 24 – Мари Мур

Это Найл.

Он останавливает машину рядом с центральным входом особняка, и я вытягиваю шею, чтобы получить больше обзора. Найл выбирается из салона, и только посмотрите на него. Он очень горяч и красив.

На нем белая рубашка, темно-серые классические брюки, а в руках он держит букет нежно-розовых пионов.

Мое сердце екает. Мне так давно не дарили цветов.

Между тем, не догадываясь, что я за ним наблюдаю, Найл наклоняется к боковому зеркалу автомобиля. Он несколько раз проводит рукой по волосам, которые и без того идеально уложены, и я слегка улыбаюсь.

Кажется, не только я одна волнуюсь перед свиданием.

Спустя несколько секунд Найл выпрямляется в полный рост и идет в направлении парадных дверей. Я теряю его из виду, беру сумочку и выхожу из спальни. Найл явится с минуты на минуту.

Динь-динь.

Плавная мелодия звонка раздается по дому, когда я иду по коридору и поворачиваю к лестнице. Перед тем как спуститься, я останавливаюсь, чтобы надеть каблуки. Со своего места я могу рассмотреть значительную часть гостиной, и я замечаю на первом этаже Фрэнка.

Он расхаживает взад-вперед между холлом и гостиной, и по языку его тела я могу судить, что Фрэнк напряжен. Или волнуется.

— Ради всех святых, перестань нервничать, – раздается низкий голос, принадлежавший Киллиану. – Она не может целями днями сидеть дома и читать книги. Ей восемнадцать, и это абсолютно нормально, когда она идет на свидание с парнем.

Я замираю, пока моя ступня оказывается на полпути к туфельке. Киллиан имеет в виду меня?

— Я понимаю, – сердитым тоном заявляет Фрэнк. – Но ничего не могу с собой сделать. Я привык, что она всегда рядом.

Он уходит вглубь гостиной и пропадает из виду. Через несколько секунд я слышу звон стекла. Это похоже на то, как на столешницу опустили бутылку, и я моментально хмурюсь. Я же попросила домоправительницу убрать алкоголь из зоны видимости. Фрэнк должен быть ограничен в спиртном так же, как в физических нагрузках и стрессе.

С зажатой обувью в руках я осторожно ступаю все дальше и дальше. Наконец я тихонько приближаюсь к краю лестницы. Отсюда открывается гораздо более широкий обзор на гостиную.

Как я и предполагала, Фрэнк стоит у барной стойки и наливает бурбон в хайбол^[5]. После этого подносит стакан ко рту, но в последний момент его выпивку ловко перехватывает Киллиан.

— Твой врач запретил тебе принимать алкоголь, – невозмутимо говорит он.

С этими словами Киллиан выпивает содержимое стакана и берет с подноса кусочек сыра, нанизанного на шпажке. Фрэнк поворачивается к нему, и я могу только догадываться, каким убийственным взглядом он наградил Киллиана. Однако на лице моего сводного брата не дрогнул ни один мускул.

Динь-динь.

По дому снова разносится мелодичный звон, и я вижу, как из другого конца гостиной появляется миссис Рендап. Домоправительница спешит открыть дверь.

— Ты не забыл предупредить, чтобы убрали с дороги шипы? – тем временем спрашивает Фрэнк.

— Все чисто, – отзывается Киллиан.

— А в остальном? – снова задает вопрос Фрэнк.

— Все позиции заняты. Все на месте.

— Держи все под контролем, – велит ему Фрэнк. – Я хочу, чтобы она постоянно была под наблюдением.

Я надеваю каблуки, и у меня складывается ощущение, что они продолжают говорить про меня. Или у меня развивается паранойя?